— Пошел ты нахер, ублюдок!
— Я скорее в борель пойду. А ты отсюда выйдешь только дохлым изуродованным куском мяса. Будешь молчать или врать — пыток окажется в разы больше.
— Я не Райн. Меня ты так просто не сломаешь! — усмехнулся Колин, — Подавишься.
— Вот заодно и знаем слабые места в системе подготовки мистиков, — улыбнулся я, беря в руки новый скальпель, уже предназначенный для снятия кожи, — Начнём с классики…
***
Пока Дарек допрашивал Колина, Рилер принялся за проверку всего круга общения Колина, его рабочий архив, личные апартаменты и даже артефакты связи. Сотрудники мистика в это время занимались изучением перемещений предателя и сопоставляли их с тем, что происходило на континенте и внутри клана. Процесс этот шел туго, со скрежетом и скрипом. Приходилось поднимать архивы транспортной службы, дружины и даже отправлять курьеров в новые крепости клана и полевые лагеря войск.
Постепенно, картина деятельности Колина собиралась из пазлов в цельную мозаику, заставляя Рилера звереть с каждым днём. И чем больше сведений удавалось обнаружить, сопоставить и проанализировать, тем ббольше мистику хотелось повесить ублюдка на его же кишках.
Везде, где появлялся Колин, потерь оказывалось в разы больше, чем ожидалось, многие операции срывались, офицеры, особенно мистики и навы, погибали или получали серьёзные ранения, после которых восстанавлвались месяцами, а некоторые и годами. И это лишь то, что удалось выявить и сопоставить сразу. Вторым слоем шли проблемы с религиозными культами, которые, в регионах работы Колина, вдруг становились невероятно активными и проявляли чудеса изобретательности. Казалось, жрецы срывались с цепи, стоило этому мистику побывать в той или иной провинции Норринга или Фейнира.
Однако, ещё хуже было другое — диверсии на строительствах крепостей, которые сам же Колин и расследовал. Особенно выделялся случай в Асгарии, когда погиб Деймон. Менее заметными были взрывы на алхимических производствах, утечка ядовитых препаратов, из-за которой погибли зомбированные одаренные, работающие на выпуске артефактов.
Тяжелее всего было расследовать саму деятельность Колина в службе Рилера. Для этого пришлось отстранить от работы всех, с кем предатель вел дела, оставив их под домашним арестом, хоть и с серьёзной охраной. Причем, им пришлось одеть комплексные блокираторы, чтобы мистики не могли применять свой дар и сбежать. Вместо них прибыли оперативники из крепостей на островах Асутру и Асгарии, принявшиеся попросту перетрушивать все имеющиеся материалы. Однако, опасаясь возможного подлога, Рилер контролировал каждый шаг своих сотрудников, запретив им выносить документы и артефакты их рабочих кабинетов. А любой намек на уничтожение хотя бы клочка бумаги вёл сразу в пыточную.
Итогом этого следственного ада стала толстая папка, внимательно прочитав которую, Рилер схватился за голову, понимая, что эти материалы — почти катастрофа. Дайн был подельником Колина. Уж очень часто они сотрудничали в сфере строительства. Причем, по служебной необходимости. Дайн курировал работы в строящихмя крепостях, а Колин занимался их безопасностью. Как результат — масса несчастных случаев, задержек, диверсии и смерть Деймона. Однако, ещё хуже было другое. Одна из помощниц Инга, Тейна, имела тесные контакты с Колином как во время обучения в «школе», так и позднее — в Академии. Затем их общение сохранилось. А сейчас эта демочка на севере — в центральной крепости клана на островах Асутры.
— Дарек, — вызвал через артефакт своего Повелителя и друга Рилер, — У нас проблемы. Этот ублюдок прикрывает помощницу Инги. И, видимо, через эту суку он и узнал, что наша главная менталистка смогла накопать на ублюдка всю его подноготную.
— И где эта шлюха?
— Руководит нашей главной крепостью на островах Асутры, — ответил мистик.
— У тебя там есть надежные оперативники?
— Да, но лучше нам самим её взять, — ответил Рилер, — Судя по личному делу — эта мразь очень сильная и другие попросту не справятся.
— Хорошо. Предупреди их и собирай группу захвата. У тебя два часа. А я пока обеспечу нашему тварёнышу все условия, чтобы он не смог сбежать.
— Понял тебя, — кивнул Рилер, — А что делать с его подельниками тут?
— В камеры-изоляторы. С усиленной охраной, — последовал ответ, — Я тут тоже времени не терял. Ублюдок массу интересного поведал про свои диверсии.
— Потом сопоставим, — согласился Рилер.
Разорвав связь, мистик поднял глаза на стоящих перед ним оперативников и офицеров дружины, ждущих приказа.
— Вы слышали Повелителя? Считайте это приказом.
— Да, милорд.
***
Новости, озвученные Рилером, не порадовали, но были своевременными. Услышав имя своей то ли любовницы, то ли помощницы и подельницы, Колин задергался ещё больше, но уже истерично, а не пытаясь вывести меня из себя, чтобы я убил его быстро. Эту тактику пленника было видно сразу и уродец придерживался её ровно до того момента, как услышал доклад Рилера.
— Падаль! Ублюдок! Чтоб ты сдох, гнида! Сгнил живьем, скотина!
Поколебавшсь, я скальпелем отрезал Колину член и запихал в рот. Затем срастил зубы и трансформировал суставы нижней челюсти в сплошную кость, чтобы этот недоносок не мог сплюнуть.
— Наслаждайся. А потом мы пообщаемся с твоей подстилкой. Думаю, её регенерации хватит на то, чтобы не только рота, но и целый корпус смог наслдиться сексом с этой шлюхой.
В глазах Колина была смесь ненависти и страха, которые он даже не скрывал. Накопители в столе активировались, постоянно выкачивая из него силы. В таком виде ублюдок сможет продержаться без превращения в смесь демона и нежити, около трёх суток. А если я задержусь, то система хачистки, оторую тут недавно установили по моему приказу, превратить этого выродка в пепел при первых же признаках трансформации.
Спустя два часа, мы уже были в «Северной Башне», как была названа первая наша крепость на островах Асутры.
— Повелитель, милорд, — поприветствовал нас комендант Айлур, успевший перехватить наш отряд уже на пути к кабинету Тейны, — Что-то случилось?
— Гарнизон и всех мистиков в боевую готовность, — приказал я, — Тейна Крайн обвиняется в пособничестве предателю и диверсиях против клана. Заблокирровать работу телепортационных площадок, закрыть все выходы, силовым колпаком перекрыть все окна и балоны.
Помня как пытался сбежать Колин, я решил подстраховаться.
— Будет исполнено, — кивнул удивленный Айлур, связываясь с дежурными в ЦПУ и отдавая нужные приказы.
Крепость сразу же преобразилась. Оконные проёмы и балконы оказались перкрыты не только силовыми колпаками, создаваемыми артефактной системой безлпасности, но и металлическими плитам с рунными заклятиями, покрывающими их, что заставило меня вспомнить подземелья Мортиса. Уж очень были похожи символы…
— Что? — остановился, внимательно глядя на символы Языка Мёртвых, мантического алфавита некромантов, — Айлур, какого черта? — схватил я за плечо офицера, показывая на плиту, — Это не Демоническое Наречие, а Язык Мертвых!
— Да, Повелитель, — кивнул комендант, — Мессир Колин и мистресс Тейна сами адаптирровали его…
— Быстро за этой сукой! — рявкнул я, бросаясь к лестнице.
От чего-то ехать в лифте у меня желания не было. Возможно, что обосновано. Рилер, побежавший за мной, не стал спрашивать причин моего желаня подняться на тридцатый этаж в центральной башне крепости пешком. Движущиеся следом мистики и навы, следовали его примеру и не торопились открывать рот.
Зато подал голос комендант:
— Повелитель! Почему вы не стали пользоваться лифтами? Нам же…
Его речь оборвали скрежет из лифтовой шахты и крики пассажиров, ехавших в лифте, перешедшие в грохот и гробовую тишину.
— Именнопо этой причине, Айлур, — ответил я, — Механизмы лифта легко повредить и отправить его в недолгий полет, вместе со всеми пассажирами.
Отвечать мне комендант благоразумно не стал, связывая с ЦПУ и выясняя информацию о случившемся.
— На тридцатом этаже идет бой, — произнёс Айлур, — Оперативники контрразведки и сотрудники ментальной группы. С несколькими офицерами гарнизона…