Если среди белковых тел большое порождало малое, то с дельбубами всё происходило ровно наоборот: чем старше они были, тем плотнее скручивали свои переполненные энергией тела и тем меньшими размерами (и большей внутренней энергией) они обладали. Их "дети" были крупными, рыхлыми и менее стабильными, чем взрослые, а тем более "старики". Меня эти создания из-за моих экстремально малых размеров моментально окрестили Патриархом – или, если перевести дословно, Сумевшим-сжаться-в-яркую-точку.
Я не мог знать этого точно, но предположил (позже, уже пообщавшись дельбубами на языке рентгеновских вспышек), что ключевым фактором, из-за которого у них сформировался разум, стал как раз их размер. Проявления солнечной активности, в первую очередь те самые солнечные вспышки, а также плазменные "айсберги", в которых магнитные поля "вмерзали" в вещество, всерьёз угрожали их существованию. В особенности молодняку, который, как уже сказано, не являлся образцом стабильности и мыслил из-за своих размеров заметно медленнее. У дельбубов отсутствовали внешние враги, но сама агрессивная среда, в которой они возникли, стала для них достаточно опасным и непредсказуемым врагом, чтобы принудить к кооперации ради выживания.
Их сигналы друг другу, сообщающие обо всех изменениях "погоды" в плазменном океане, обегали светило со скоростью света. Ни пятна, ни вспышки, ни зарождение новых протуберанцев, ни движение и распад старых протуберанцев, ни характерные особенности поведения спикул, ни нюансы, для которых у меня просто не нашлось бы соответствующих терминов – ничто не уходило от внимания дельбубов. Полагаю, многие земные гелиофизики отдали на заклание свои тела, а то и бессмертные души, только бы побеседовать годик-другой со старейшинами обитателей нижней хромосферы. Да и физики плазмы от таких собеседников, уверен, пришли бы в перманентный восторг… с вивисекторским уклоном.
Но меня не очень интересовали вопросы внутренней стабилизации дельбубов, способы накопления ими энергии и тому подобные частности. Я искал их общества, чтобы расспросить о Неклюде… ну и из чистого любопытства, конечно. А ещё меня, чего греха таить, завораживали существа, самое большое и слабое из которых могло в мгновение ока испарить десяток кубических километров воды. Или, говоря иначе, было живым эквивалентом гигатонной атомной бомбы. Ну а их старейшины уже вплотную приближались к тому уровню энергий, которым мог оперировать мой "работодатель", Мифрил…
Впрочем, с уровнем манипулирования всё тоже не так-то просто. Многое зависит не от самого уровня, а от способов реализации того или иного эффекта. К примеру, я могу лепить из волн материи предметы массой хоть в сотни килограммов. Получается, я творю вещество, энергетический эквивалент которого по формуле Эйнштейна – той самой, про е эм цэ квадрат – намного превосходит уровень гигатонных хлопушек. А вот при создании заклятий классической магии мой "потолок" ниже не то на шесть, не то на все семь порядков.
Конечно, можно попытаться объяснить эту разницу сдерживающим влиянием риллу, у которых классическая магия и берёт, в конечном счёте, драконью долю энергии… но дело далеко не только в этом.
Или смена облика – мгновенная, полная и радикальная (во мне-эктоплазменном не больше нескольких десятков граммов массы). Как точно подсчитать порядок энергии, используемый для этого действия? Ведь существуют формулы зависимости энергии и информации, по которым вторая пересчитывается в первую или обратно при магических трансформациях; так вот, полная и мгновенная смена облика, если верить этим формулам, требует энергозатрат, сопоставимых с полным испарением какого-нибудь океана средних размеров…
Ладно. Оставлю теории для лекториев и аудиторий, не буду отвлекаться от сути.
Вдали от риллу ламуо тоже резко повысило свою эффективность, поэтому общий язык с дельбубами я нашёл почти легко. Стоило лишь понаблюдать за их "перекличкой" рентгеновскими импульсами, сварганить заклятье-"кричалку", и я смог вклиниться в их переговоры.
Почему именно так? Да потому, что общаться с ними при помощи прямого обмена ментальными образами я не мог: сказывалась разница размеров. То есть я-то ещё их слышал и даже понимал, а вот для них подавляющая часть моих ментальных сигналов находилась в области "ультразвука". Для существ, имеющих в посредниках общения свет, дельбубы оказались на удивление медлительными мыслителями: даже их старейшины выдавали в минуту всего по три-четыре "слова". Впрочем, словно в порядке компенсации, их способность делить внимание между многими сотнями и даже тысячами одновременных разговоров внушала уважение. Мой "метельный взгляд" давал не намного больший эффект.