Защитное заклинание отрекошетило от Милолики и попало в деревянную стену. И вот здесь оно проявило себя во всей красе. Если углубиться в суть данного магического действа, то защитное заклинание было направлено на то, что бы оторвать агрессора от его жертвы. А вот как именно, заклинание решала само в каждой конкретной ситуации. Здесь же, не получив желаемого эффекта, заклинание отгородилось само от себя в качестве двух решеток, которые довольно забавно нападали друг на друга. Причем они была разного цвета, голубоватая и зеленоватая. Так что, несколько минут мы наблюдали за битвой заклинания с самим собой.
— Эйл, прекрати это. — Попросила я мага, приведя себя в надлежащее состояние. Он опомнился, и вновь взмахнул рукой. Решетки возмущенно позвякивая, исчезли.
— Да, а вы страшные люди. — Подвел итог единорог. — Даже здесь ваши силы действуют, хотя по идее не должны.
— Почему? — Разом вопросили мы.
— Да ведь дрелюди не обычные существа, я уже говорил об этом, они созданы с помощью магии, а значит, что обладают к ней иммунитетом.
Не скажу, что одно следовало из другого, но в принципе, все понятно.
— Милолика. — Насторожено отступила я за спину Эйла. — А чего это ты так отреагировала на мои слова о Сестре?
— Прости. — Она виновата осмотрела на проступающие на моей коже синяки и царапины. — Я не хотела. Просто ведь именно Сестра виновата….точнее, она нас сделала такими. И, как я уже сказала, я не могу ее осуждать. Но и ты меня пойми: моя реакция естественна.
И вновь я была склонна не согласиться, но и спорить мне не хотелось.
— Так откуда ты уверена, что она нас простила?
— Та девчушка. — Я повернулась я Эйлу. — Тебе не показалось, что она тебе кого-то напоминает.
Но маг отрицательно покачал головой.
— А в ее поведении тебя ничего не насторожило? — На этот раз парень задумался. — Ты права, она вела себя довольно ….нахально. Не похоже на сельскую жительницу, да и мужчины были не довольны ею.
— Вот, и я кажется знаю, кто ее толкал на эти…безумства.
— Сестра? — Озарило Эйла. — Но почему она тогда просто не появилась.
— А почему Люций спрятал свой рог и вел себя как послушная скотина? — Отпарировала я его вопрос.
— Логично. Короче, я согласен, что это с ее подачи мы оказались здесь. — Согласился в итоге с моими выводами парень.
— Тогда я не буду спрашивать, откуда вы знаете Богиню. Видимо, и ваша возможность здесь пользоваться магией — это ее дар. И он может вам пригодиться, если вы конечно согласитесь. — Просительно протянула девушка.
— Мы же уже сказали, что в любом случае согласны. — Недовольно фыркнул единорог.
Я уставилась на него. Он что, собирается в это ввязаться вместе с нами?
— Спасибо. — Благодарно уставилась на него Милолика. — Но почему тогда она просто не сняла свое наказание.
— Да, она Богиня отходчивая, тем более что самого непоправимого не случилось, вот только ее родичи не так мягки… — Намеком ответила я. — Вот ей под руку и попались мы. Так что дальше — то? Почему мы вас видели как людей? И куда вся живность подевалась?
— А живность разбежалась. Не жить же ей одной, кого поймали в других деревнях, а кто и в лес подался, не желая больше жить с вероломными хозяевами, которые раз, и непонятно в кого обернулись. А вот на счет того, почему вы так все увидели, тут нет точного объяснения, но мне кажется, что это подсказка, куда нужно идти, что бы нас освободить. И что вам там может встретиться.
— ДА? — Я скептически подняла бровь. — Что-то не очень понятная подсказка. А вам так не кажется?
Я уставилась на своих спутников, ожидая от них каких — либо догадок. Но на этот раз никого так и не осенило. И я продолжила:
— А вы, стало быть, так-таки и не знаете, что нужно для вашего вызволения?
Милолика отрицательно покачала головой.
— А что те двое, которые не превратились в вас?
— Они ушли. — Грустно сказала девушка.
— Значит, это возможно?
Она быстро стрельнула глазами в мою сторону.
— Теперь уже нет. Мы усвоили, как им это удалось, и предприняли все усилия, что бы устранить этот вариант бегства.
— М-да, хорошо же вы встречаете своих спасителей. Насильничаете, а как же свобода воли?
— Свобода воли? — Вдруг вызверилась Милолика. — Хочешь понять, каково нам в этой шкуре?
— Да не то, что бы очень… — Попятилась я от нее. Но все было тщетно. Мое тело вновь оплели ее руки, точнее, ветки, а затем свет в глазах померк. Но не надолго. Я поняла, что вижу, но только как-то по-другому. Не глазами, а словно всем телом. Да и зрение было довольно оригинальным, расплывчатым, но при этом мне стали подвластны такие мелочи, которые в человеческом обличии я бы ни в жизнь не разглядела. Но со зрением пришла и память древолюдей. Она была словно одна на всех. И я поняла, что все это время с нами разговаривала не только Милолика, но и все ее соседи.