- Ну и вопросики у тебя, и главное – к месту! С чего ты вообще это взяла? – он продолжил движение.
- Мне нерра Земестон сказала, - пояснила Тася.
Этот вопрос подспудно так и просился на язык, а более подходящую обстановку – полумрак, замкнутое пространство и полная неизвестность впереди – для личных вопросов придумать сложно. Вот она и спросила.
- Мама? С какой стати она тебе стала такое рассказывать?
- Мы говорили о тебе и о… Сохель, - не сразу вспомнила имя его несостоявшейся невесты Тася.
- Сохель? – он немного удивился. - С чего бы это?
- Просто зашел разговор, и Земестон попутно объяснила, почему у навров такие строгие традиции.
- И почему же? – обманчиво мягким тоном поинтересовался Ярый.
Тася поняла, что навр сердит, но абсолютно не видела причин для этого. Разве что Ярому просто не понравились разговоры о нем за его спиной. Или среди его народа не принято говорить о подобных вещах. И примирительным тоном девушка ответила:
- Твоя мама объяснила, что традиции существуют, чтобы компенсировать два, - она замялась, подбирая слово, - две особенности навров. Любовь к путешествиям и неспособность влюбляться. И не надо на меня злиться, я ведь просто спросила.
Ярый гневно фыркнул:
- А люди твоего мира – они умеют любить?
Тася на мгновение задумалась, потом пожала плечами:
- Умеют, конечно. Не все и не всегда, и не всегда того, кого надо. Правда, большинство предпочитают не влюбляться, потому что боятся стать уязвимыми. Увы, безответную любовь у нас никто не отменял. Зато, если это не серьезно, влюбляемся мы очень легко, и так же легко остываем.
- А ты когда-нибудь влюблялась? – вдруг спросил Ярый.
- Конечно, миллион раз! – весело ответила девушка. - Но серьезно – ни разу. А что?
- Ничего, - спокойно откликнулся навр. - Тебя не обманули, мы действительно не умеем влюбляться.
- А можно еще один личный вопрос? – улыбнулась владелица меча.
- Тебе еще не надоело?
- Мне просто интересно, откуда у тебя такое прозвище – Ярый? – поинтересовалась девушка, справедливо рассудив, что разрешения едва ли дождется.
- От Любомира, - в голосе кота прозвучало плохо скрытое облегчение. Очевидно, вопрос оказался не таким каверзным, как он ожидал. - Он считает, что имя должно отражать суть человека…
- Действительно, тебе это имя очень подходит, - согласилась Тася. - Тебе не кажется, что стало как-то светлее?
Для проверки она убрала меч. Мягкий свет клинка исчез, и путешественников окружил серый полумрак, сменивший непроглядную темноту. Тася неожиданно остро почувствовала царящий в туннеле холод. Почти инстинктивно она снова взяла меч. Сразу стало теплее.
- Источник света – где-то впереди, - поделился наблюдением Ярый.
Отчего-то девушку этот факт не обрадовал. Свет впереди не вдохновлял, уж больно он не походил на дневной. А что может светиться в самом сердце гор, она и предположить боялась. Но другого пути все равно нет. И они продолжили идти вперед.
С каждым шагом становилось все светлее. И холоднее. А затем туннель внезапно закончился, и путешественники очутились на пороге огромной пещеры. Размеры ее просто поражали, куда там подземным залам гномов! Словно какой-то искусник взял отдельную гору и вычистил ее изнутри. Но даже не размеры пещеры заставили Тасю застыть перед входом в нее. Центр невероятной каверны занимал огромный столб ослепительного света. Свет поднимался вверх и терялся где-то в неизмеримой вышине, а в его слепящей глубине кружились в чудовищном вихре мириады снежинок. От колонны веяло невыносимым холодом.
- Брр, как-то прохладно здесь, - пробормотал кот.
Тася с трудом оторвалась от созерцания загадочной колонны и покосилась на друга. Черный мех навра покрывала легкая изморозь, и девушка поежилась, представив, как, должно быть, замерз Ярый. На ее счастье, меч Порядка надежно оберегал от холода свою владелицу, а его ярко-синее сияние просто кричало о колдовском происхождении колонны.
- Вот тебе и разгадка марилийской зимы, - заметил навр.
- Да, вот это я понимаю – морозильная установка, - согласилась Тася.