Потрясающее зрелище.
- Это же сам нептун, - шепнул Тасе Ярый.
Услышав знакомое слово, девушка удивилась:
- Нептун?
- Это титул морских правителей, - пояснил он. - Видишь трезубец? Это один из магических символов внутренних миров.
- Как эльфийское Древо или пиктийская Роза? – уточнила Тася, с уважением разглядывая внушительную вещь.
Ярый кивнул, а она подумала, что на окраинных мирах нашлось довольно много отражений понятий, существующих в мирах внутренних. Нептун, эльфы, навры… или это она подсознательно подменяет неизвестные понятия знакомыми? Ведь, перемещаясь в новый мир, она усваивает язык этого мира, подстраивая его под себя.
А вот о магических символах ей захотелось порасспрашивать Ярого поподробнее.
Однажды навр упоминал, что эльфийское Древо – это символ Создателя. А теперь называет его магическим символом. Что это за разночтения, и что такое эти магические символы? Но интерес пришлось умерить, потому что подводная делегация ступила на берег.
Бухта явно не была рассчитана на такое количество людей, и здесь сразу стало как-то тесно. Ожидающих от прибывших разделяла лишь узкая полоса прибрежного песка – и непонятная тишина, словно никто не решался нарушить повисшее в бухте молчание. Наконец, Аилор сделал шаг вперед и остановился напротив нептуна.
- Приветствую тебя, о повелитель вод! – почтительно произнес староста, кажущийся щуплым по сравнению с нептуном. - Мы счастливы видеть вас, живых и здоровых, благополучно переживших страшную зиму.
- Приветствую тебя, староста Аилор, покровитель и наставник юных марилийцев! – густым, зычным голосом откликнулся нептун. - Великое счастье для нас – услышать Зов наших детей.
- Дети с нетерпением ждут своего первого погружения, - поклонился Аилор.
Очевидно, фраза была церемониальной, поскольку, стоило ей прозвучать, все молодые марилийцы сделали шаг вперед, преодолевая песчаную полосу, отделявшую их от прибывших на Зов. И, как ни старались они сохранить торжественный и сосредоточенный вид, стоило молодежи очутиться возле своих родных, скрыть свои чувства у них не получилось.
Наблюдая за ними, Тася предположила, что на зов откликнулись родственники готовящейся к погружению группы. И радостные слезы, восклицания и объятия, которыми обменивались марилийцы, лишь укрепили ее в этом предположении. Но бурная радость по поводу встречи понемногу поутихла, и родители по одному начали уводить своих детей в море. Девушка с интересом смотрела, как исчезают в воде марилийцы, подсознательно ожидая, что кто-нибудь из ушедших вот-вот вынырнет на поверхность, но этого так и не случилось. Постепенно под водой скрылись все марилийцы, и на берегу остались лишь Аилор, Тася, Ярый и нептун. Повелитель вод, все это время наблюдаший, как со своими детьми уходят сопровождавшие его марилийцы, обернулся и внимательно посмотрел на чужаков. Видимо, осмотр его удовлетворил, поскольку нептун негромко обратился к ним:
- Я знаю, кто вы. Аилор рассказал мне о том, что вы сделали для Марилии, и о вашем стремлении воспользоваться марилийскими Дверьми. Поэтому я здесь – чтобы лично проводить вас к Двери, ибо только так марилийцы могут показать степень своего уважения к спасителям нашего мира. Подойдите к воде.
Несколько озадаченная этой речью, Тася все же проглотила вопросы и подчинилась, следом за Ярым приблизившись к линии прибоя. Остановившись у самой кромки воды, она, следуя примеру навра, развернулась лицом к Повелителю вод. Нептун подошел к ним, остановившись буквально в двух шагах, поднял трезубец и направил его вперед. Зычным гортанным голосом марилиец вымолвил несколько слов, которые Тася не разобрала, и, едва раскаты его голоса стихли, трезубец окутался золотистым сиянием. Мгновение спустя это сияние сорвалось с острия магического символа и устремилось к стоящим у воды гостям Марилии.
Тася даже не успела испугаться, как золотистый свет коснулся ее – и окутал, словно туманом. Мир вокруг утратил четкие очертания, как будто Тася смотрела сквозь дымчатое стекло. Девушка покосилась на Ярого, чтобы убедиться: его окружает точно такое же золотистое сияние. И навра это ничуть не беспокоит, а значит – это то самое заклинание, которое позволяет немарилийцам погружаться под воду без вреда для себя.