Император не знал, да и не мог знать, про тоненькую ниточку, словно лучик солнца среди туч, которая по-прежнему связывала ее и меч. Пусть ослабленная, но эта связь позволяла Тасе чувствовать свой клинок, общаться с ним – и договариваться. Благодаря ей девушка знала, как стремительно убывает магическая сила меча, превращая его в обычный кусок остро наточенной стали без особых свойств. В клинок, который не исчезнет, если разожмутся сжимающие его рукоять пальцы. В лезвие, для которого каленая сталь короткого кинжала станет непреодолимым препятствием.
Именно этого и ждала Тася, ради этого и тянула время. И, если бы император хотя бы допустил мысль о подобной возможности, он убил бы Тасю сразу, едва она переступила порог зала. Но, на ее счастье, слишком невысокого был мнения о противнике Темный, чтобы всерьез опасаться ее. О мече же, своем извечном пленнике, он и вовсе ничего не знал. А потому позволил себе поиграть с невольной мышкой – и это давало девушке шанс.
От первого выпада императора она довольно уверенно увернулась, вызвав у напавшего презрительную ухмылку. Император не особо напрягался, уверенный в своей неизбежной победе. Сопротивление девушки лишь забавляло его, он насмешливо наблюдал за ее попытками избежать ударов меча, который так долго защищал ее. И в какой-то момент она будто смирилась со своей участью, замерла в ожидании смертельного удара, подняв руку в слабой попытке защититься от безжалостно острого лезвия.
Каково же было изумление атакующего, когда клинок с громким лязгом отскочил от запястья девушки!
Воспользовавшись секундным замешательством императора, Тася выхватила кинжал из ножен и с короткого размаха полоснула его широким лезвием тонкую эльфийскую руку. От внезапной и резкой боли император выпустил меч.
Время словно замедлилось.
Тасе показалось, что клинок падает целую вечность. Но ей не требовалось столько времени. Нырнув вперед, она подхватила меч у самого пола, сомкнув пальцы на теплой, гладкой, такой привычной рукояти. И скользнула вперед, распрямляясь и разворачиваясь, как тренировалась еще вчера. Блажь, риск, так толком и не освоенный прием – но это единственное, что могло спасти ее. Обычно невесомый, клинок в ее руке обрел ставшую за последние недели привычной тяжесть. Быстрый замах с разворота – и лезвие, направленное твердой рукой, устремилось к цели.
Замерев, Тася наблюдала, словно в замедленной съемке, как опрометчиво поворачивается к ней лицом император, подставляя под удар беззащитную грудь. И как стремительно приближается к нему узкое острое лезвие… Тысячи мыслей промелькнули в ее голове: что, если она не рассчитала направление? ошиблась с силой броска? не учла сопротивления? а вдруг меч исчезнет, растворится в воздухе, чтобы появиться в руке своего хозяина? а если император успеет увернуться или отбить меч?..
Паника, не успев начаться, завершилась вместе с полетом клинка. Везение, не раз выручавшее девушку в ее путешествии, сработало и на этот раз: ни одно из опасений Таси так и не реализовалось. Меч вонзился по самую рукоять - именно туда, куда и должен был.
Не веря себе, девушка уставилась на императора. Красивое эльфийское лицо исказили поочередно изумление, гнев и ярость. Он схватился за рукоять, будто намереваясь извлечь клинок из собственной груди, шагнул к Тасе – и в тот же миг меч Порядка вспыхнул ослепительно-ярким светом.
Яркое сияние высветило черное нутро эльфийца, открыв Тасе истинную суть стоящего перед ней существа. Император пошатнулся и упал на колени, упираясь руками в пол, яростный крик пронесся по залу… Девушка с содроганием наблюдала, как чернильная тьма окутывает клинок, гася его яркое пламя, ползет по сияющему лезвию, концентрируясь на рукояти, готовая перейти в новое тело.
Вот только ничья рука не сжимает меч – принадлежа двум хозяевам, в этот момент клинок мог позволить себе не принадлежать ни одному. Тугая тьма разворачивала кольца вдоль меча, пытаясь найти выход из умирающего тела – и не находила. И сквозь нее пробилось яркое сияние, неумолимый свет пронзал чернильную тьму, истончая, высветляя ее, вплетая изначальный хаос в строгий рисунок упорядоченного мироздания.