Тот, кто тысячу лет был Темным императором внутренних миров, поднял голову, уставившись на Тасю черными провалами глаз.
- Не может быть, - шевельнулись его губы, и тьма внутри него истаяла под ярким светом меча Порядка.
Глаза эльфийца закрылись, тело его подернула светлая туманная дымка, и через мгновение он будто растаял, осыпавшись на пол серебристым дождем. Меч какое-то время еще повисел в воздухе, а затем с громким звоном упал – словно обычный клинок, с тусклым лезвием кованой стали.
Тася стояла, тупо глядя на то, что осталось от Темного императора, и поверить не могла, что все закончилось. Столько страха, неуверенности, сомнений – а теперь все это позади. И она пережила этот день, избежала всех ловушек, и даже выбралась из мышеловки, устроенной Темным! В одиночку она никогда не одолела бы этот путь. Без подсказок меча, насылавшего ей сны-предупреждения; без мудрых советов Любомира, тренировок Лирии и неоценимой помощи Ярого. И все же…
Подсознательно Тася ждала долгую изматывающую битву, и потому сложно оказалось поверить, что все закончилось вот так быстро, практически не потребовав от нее усилий. Конечно, все оказалось совсем не так, как она ожидала, но от того все сильнее ощущение, что ее провели. Что все, разыгранное здесь – лишь фарс, и вот-вот распахнуться двери зала и появится истинный Темный император, чтобы без лишних разговоров и усилий избавиться от надоедливой и наивной девчонки.
И потому Тася вздрогнула, когда одна из дверей зала действительно распахнулась. Испуганно уставилась девушка на вошедшего и не сдержала облегченного вздоха, увидев живого и на первый взгляд невредимого навра. Ей захотелось разрыдаться от внезапно нахлынувших чувств, но она просто не нашла в себе на это сил.
- Тася? – удивленный ее молчанием, позвал Ярый, затем окинул быстрым взглядом зал, увидел меч, лежащий среди серебристых, медленно тающих капель, и встревожился: - Тася! Что тут…
- Все, Ярый, - глубоко вздохнув, перебила она. - Все закончилось. Темного больше нет.
И лишь произнеся это вслух, Тася наконец поверила в это. Усилием воли сбросила она сковавшее ее оцепенение и шагнула к мечу, чтобы подобрать свое верное оружие. И, стоило ей коснуться рукояти, как на девушку обрушилось ощущение чистой, всеобъемлющей, ничем не замутненной радости: то были чувства меча, после стольких лет обретшего свободу. Невольно Тася улыбнулась, чувствуя, как покидает тело усталось. Ей осталось сделать еще одну вещь.
Девушка выпрямилась и воздела клинок вверх, едва на цыпочки не поднялась, чтобы вознести его как можно выше.
- Что ты делаешь? – настороженно поинтересовался Ярый, приближаясь.
В этот момент Тася очень хорошо понимала его сомнения. Она не казалась победителем, и Ярый не был свидетелем ее противостояния с Темным. А потому не удивительны его сомнения в ее словах – что поделать, она и сама с трудом осознала этот факт! И мало представляла, как следует вести себя после трудной, но важной победы. Да и прямо сейчас ей предстояло куда более важное дело, чем делиться подробностями – пусть даже с лучшим другом.
- Выполняю третью часть пророчества, - легкомысленно откликнулась она, охваченная радостью меча, - Восстанавливаю порядок в мироздании.
Ярый приблизился вплотную, и Тася, улыбаясь, протянула ему свободную руку, надеясь, что сумеет передать навру хотя бы часть того, что чувствует благодаря мечу. Их пальцы переплелись, и на лице парня расцвела такая же улыбка. Он поднял голову, уставившись на меч, и невольно Тася повторила его жест.
По тусклому лезвию пробегали искры. Голубые и золотые, они вспыхивали все чаще, все ярче, сливались, превращаясь в крохотные молнии, и эти молнии, синие и золотые, соприкасаясь, порождали зеленоватое пламя. Это пламя охватывало лезвие, ширилось, разгоралось, пока клинок не охватило такое знакомое зеленоватое свечение. Но на этом ничего не закончилось.
Свет меча становился все ярче, все насыщеннее, так, что вскоре поглотило клинок, а после и рукоять, и в этом ослепительном сиянии терялись очертания оружия. В руке Таси ярко вспыхнул нежно-зеленым светом огненный шар, ничуть не опаляя. Завороженная, девушка смотрела на это чудо, не в силах его отпустить. Будто почувствовав ее сомнение, Ярый осторожно коснулся ее ладони, все еще сжимающей уже невидимую рукоять меча, и ласково погладил судорожно сведенные пальцы. И Тася разжала ладонь.