Дорога до столицы Ханьсии заняла несколько дней и оказалась не столько трудной, сколько скучной. Однообразные пейзажи, одинаковые деревеньки, где с путниками охотно делились едой и кровом, убаюкивающий цокот копыт – единственным развлечением в пути оставались разговоры с Ярым. При этом, перестав ворчать и насмешничать, разумный кот оказался отличным не столько собеседником, сколько слушателем. Впрочем, разговорить его девушка даже не пыталась, по-прежнему делая скидку на его способ передвижения.
А потому Тася совершенно искренне обрадовалась, когда впереди показались стены ханьсийской столицы. Город поднимался вверх стройными башенками в китайском стиле и поражал глаз буйством красок. Тасе показалось, что ничего симпатичнее она в жизни не видела.
Да и дорога стала пооживленнее, не одни они стремились к столице. И Тася с любопытством поглядывала на проезжающих мимо, благо что посмотреть было на что. Всадники, вычурно одетые и едва ли не в лохмотьях; повозки и палантины, богатые и откровенно ветхие; просто путники, покрытые пылью дорог и отмеченные усталостью – на простой деревенской дороге такого разнообразия не увидишь. Их повозка, довольно простенькая, почти не привлекала внимания среди десятков таких же. И никто не попытался остановить их, когда они входили в ворота вместе с потоком гостей столицы.
Тася сочла, что, несмотря на некоторую средневековость внутренних миров, въезд в города здесь ничем не ограничен.
Конечно, можно уточнить у Ярого, но девушка опасалась нарваться на насмешку – в этом кот остался верен себе и не упускал случая посмеяться над тем, чего Тася не знала. Правда, потом легкомысленно извинялся, но Тася все равно старалась не задавать лишних вопросов.
Но от одного все-таки не удержалась:
- Так что, куда нам?
- В ханский дворец, - внимательно оглядываясь, откликнулся Ярый.
Тася и так это знала, а потому насупилась, подозревая очередную насмешку. Но, как обычно, воздержалась от язвительных замечаний: поддержание хороших взаимоотношений по-прежнему лежало на ее плечах. И вместо этого заинтересовалась:
- Ты кого-то ищешь?
- Нет. Думаю, как бы попасть во дворец.
- А что, есть какие-то сложности? – удивилась девушка.
- Одна, - лаконично ответил Ярый.
- Какая?
- Проникновение в ханский дворец без разрешения карается смертью. А разрешение получить чужаку практически невозможно. Сам бы я без проблем добрался до Двери, но вот ты…
- Ты сомневаешься в моих способностях? – обиделась она.
Ярый смерил ее сумрачным взглядом:
- Тася, речь идет не о твоих способностях, а о твоей жизни. Если тебя схватят, ты умрешь. И никакой меч тебе не поможет. Потому что он не работает против людей.
Тася подумала, что и сама никогда бы не напала на людей, даже если от этого зависела ее жизнь. Жаль, что не догадалась обсудить этот вопрос по дороге, но ей и в голову не приходило, что могут возникнуть такого рода сложности. Девушка помолчала, а потом ее осенило:
- А давай расскажем, что это мы освободили дракона? Спасение драконов, мне кажется, достаточный повод, чтобы пустить нас во дворец?
- Достаточный, - согласился Ярый. - Только нам никто не поверит.
Тася признала, что никаких доказательств у них и впрямь нет. Но не может же быть, что они проделали такой долгий путь зря!
- И что будем делать?
- Попытаемся проникнуть во дворец тайно. Но не сейчас, ближе к сумеркам. Видишь, фейерверки готовят? Значит, в столице все еще праздник, и, если нам повезет, стража не будет особо бдительной.
Оглядевшись, Тася убедилась, что Ярый прав. Всюду виднелись признаки праздника. Счастливые люди в ярких одеждах на улицах, гирлянды повсюду, ракеты для фейерверков, неумолчная музыка… Девушка поняла, почему Ярый оглядывался.
Остаток дня они провели, праздно шатаясь по городу. Тасе не удалось полюбоваться столицей Русии, и здесь она решила ничего не упускать. Тем более, что столичный город Ханьсии поражал своей экзотичностью. Совершенно незнакомая архитектура, какую в маленьких деревнях не особо и различишь, одежда самого разного кроя, ткани и цвета, необычные блюда, часть которых Тася так и не решилась попробовать. Все удивляло ее новизной, но девушка не забывала и об отдыхе, понимая, что силы ей пригодятся.