Но робость немедленно вернулась, как только Тася очутилась под взглядами толпы. Сестры привели ее в большой, заполненный людьми зал, где ее появление было встречено бурей оваций. Такой интерес к ее скромной персоне здорово смутил девушку, не имевшую никакого опыта публичных выступлений. Оставалось только порадоваться, что она послушалась близняшек и не стала переодеваться. Иначе смотрелась бы, на фоне всех этих роскошно одетых дам и господ, как бедная родственница. А так хоть за внешний вид стыдиться не нужно.
- Ты выглядишь просто великолепно, - раздался над самым ухом хрипловатый голос.
- Ярый?
Она с трудом узнала в подошедшем навре своего друга, настолько изменили его камзол и коротко остриженные волосы. А ведь всего-то сутки не виделись. И девушка усомнилась, что признала бы его в толпе, если бы парень к ней сам не обратился.
- Всего лишь я, - он улыбнулся, обводя ее странным взглядом.
- Ты тоже… великолепно выглядишь, - с легкой завистью вздохнула Тася, обратив внимание, как непринужденно держится парень, будто всю жизнь провел на таких праздниках. - Кстати, здравствуй.
- И тебе – привет, - кивнул он. - Как себя чувствуешь?
- В плане здоровья – просто отлично, - хмыкнула девушка.
- Не бойся. Здесь все тебя уже заранее любят. Пойдем, я познакомлю тебя с неррой Земестон.
Рука об руку они проследовали к небольшому возвышению, на котором был установлен трон. А на троне восседала женщина, высокая, худая, с бледным, строгим и прекрасным лицом. В усталых глазах ее отражались ум и печаль. Тася с удивлением поняла, что нерра еще довольно молода, несмотря на совершенно белые волосы. А затем вдруг Ярый куда-то исчез, и девушка очутилась с ней один на один.
- Леди Тася! – глубоким, бархатистым голосом обратилась к ней Земестон. – Я и все семьи Наврии рады приветствовать тебя сегодня здесь, - девушке показалось, что нерра знает о ее нежелании появляться на празднике. – Наша благодарность не знает границ, отныне и навсегда ты будешь любимой дочерью нашего народа! Никто в Наврии никогда не откажет тебе ни в одной просьбе, и любой род будет счастлив, признать тебя своей неризой! Подойди.
Владелица меча подошла к нерре, ошеломленная. Тасю терзало смутное подозрение, что Земестон только что предложила ей титул наврийской принцессы. Все еще сомневаясь, она послушно склонила голову, чтобы нерре было удобно нацепить на нее тонкий серебряный ободок, пробормотала какие-то слова благодарности и почти не слышала, о чем там продолжает говорить высокородная навра.
- Поздравляю, - улыбнулся ей Ярый, уводя под руку от трона, когда нерра и новоявленная нериза раскланялись во взаимных благодарностях.
- Я ничего не понимаю, - вздохнула Тася, принимая поздравления и выслушивая многочисленные уверения в восхищении ее смелостью и отвагой. – Меня что, титулом наградили? Зачем?
- Расслабься, Тася, - подбодрил ее навр. – Титул ни к чему тебя не обязывает. Просто ты можешь теперь с полным правом стать членом правящей семьи любого наврийского рода. Когда захочешь, и если захочешь. И у всех твоих потомков останется это право. Ничего в этом страшного нет. Так что не заморачивайся.
- Все это так странно, - призналась девушка. - Вот уж не думала, что когда-нибудь обзаведусь титулом, - внезапно в зале воцарилась тишина, и благодарные навры, наконец, перестали толкаться возле Таси. - Что такое?
- Церемония передачи посоха, - тихо пояснил Ярый.
Девушка с любопытством посмотрела в сторону трона. К нерре подходил высокий, бледный, весь какой-то хрупкий юноша с белоснежными волосами. Земестон поднялась, в руках ее неизвестно откуда появился длинный резной посох, в обманчивой простоте которого скрывалась сила, подобная той, что ощущалась в мече Порядка. Нерра торжественно произнесла небольшую прочувствованную речь об ответственности, которую накладывает владение посохом, и потребовала с нериза Лейофа клятву верно служить своему роду и Наврии. Клятва была произнесена, Земестон вручила сыну посох и освободила для него трон. Лейофа приветствовали, как нового нера пантер, на этом церемония завершилась. Новый нер произнес обязательную речь, встреченную овациями и приветственными выкриками. С любопытством рассматривала Тася молодого навра, ставшего на ее глазах правителем Наврии, изумляясь, до чего они похожи – Лейоф и его мать. А затем, когда шум немного поутих и Лейоф объявил о начале праздника, взглянула на Ярого: