Артем надолго замолчал, через пару минут Вика неожиданно спросила:
- А вы не предохранялись? – голос ее был тихим и неуверенным, - Ну в смысле, ты уверен, что это был твой ребенок?
- Предохранялись, - грустно ответил Артем, - и нет, когда как. Но суть не в этом, тогда мне было все равно, даже если бы это был не мой ребенок, я готов был его принять.
Он помолчал еще немного, потом собравшись с мыслями, снова заговорил:
- Тая позвонила еще через неделю, сказав, что раз я так хочу этого ребенка, то теперь должен заплатить в два раза больше, - услышав это, девушка снова ахнула, - и платить каждый месяц по миллиону, чтобы она, его мать, разрешала нам видеться в будущем. На раздумье она дала мне еще день. И вот тогда меня накрыло, нет, - успокоил Артем заметно взволновавшуюся Вику, - ничего критичного, но нервный срыв похоже был. На счастье, я додумался позвонить Грине и все рассказать. Он отреагировал моментально. Уже через час обо всем произошедшем знала моя сестра, а еще через час и наш семейный адвокат и друг семьи Тимофей Львович. И тут закрутилось. В общем, нашли ее уже к вечеру, на съемной квартире, больше похожей на притон, в кампании пары уголовников. Как потом выяснилось, ее сожители были неоднократно судимы за мошенничество и рэкет, а сама Таисия была у них наводчицей. Знакомилась в барах с такими наивными и состоятельными парнями, как я, спала сними, а потом объявлялись эти двое. На ней самой тоже висел условный срок, за подобную неудавшуюся аферу.
Вид у Вики был ошарашенный, она если и хотела что-то сказать, то точно не могла физически.
- Когда их нашли, парни попытались оказать сопротивление, но Тимофей Львович – воробей стреляный, всегда подстраховывается. Я этим совсем не горжусь, но поломали их знатно, вряд ли когда-то смогут причинить кому-то вред. Таю не трогали, по крайней мере мне так сказали, я ее больше не видел. Отвезли в больницу, проверили, ни о какой беременности не могло быть и речи. Ко всему прочему, она сидела на чем-то, следов уколов я на ней не замечал, но зависимость была 100%. Уголовку заводить не стали, у Тимофея Львовича хватает рычагов воздействия и связей, чтобы наказать человека почти по закону без госструктур, если это необходимо. Машину забрали и продали, шмотки оставили ей. И выдвинули ультиматум, если появится в стране – до камеры может не доехать с ее пристрастиями.
Артем снова замолчал. Вика тихонько подползла к нему прижалась, нежно обняв.
- Тогда я и подсел на кофе, - вновь заговорил он, - не мог спать, и по ночам глушил боль кофе. Я выпал из жизни еще сильнее почти на год, а потом, - он повернул голову и неожиданно поцеловал Вику в макушку, - у меня в голове как будто что-то щелкнуло, я с головой погрузился в работу. У меня были две цели: доделать ремонт в квартире и развивать фирму. С квартирой я справился быстро, а фирма, - он улыбнулся, - ну ты сама видишь, развивается до сих пор. Вот в принципе и вся история.
Девушка вновь подняла с него свою голову и смотрела так, как будто не может отвести глаз от его лица. Артем видел, что она хочет что-то спросить, как-то возможно подбодрить его или поругать, за его неосмотрительность, но девушка лишь тихо произнесла:
- Спасибо, что поделился.
Артем обнял ее голову рукой, проведя ладонью по волосам и поцеловал, на этот раз в лоб. Вика снова легла, устроившись головой у Артема на коленях. Они молча полежали так несколько минут, пока не произнесла:
- Не переживай, я таблетки принимаю.
- Ты о чем? – не понял парень.
- Ну у меня же мама медработник, - уточнила она, - я про контрацепцию с девятого класса все знаю, - девушка устроилась поудобнее на его коленях.
- И давно? – улыбнулся Артем, понимая, что даже этот эмоциональный рассказ не выветрил действие алкоголя.
- С Нового года, - зевнула она, - так что не отвез бы меня к родителям, глядишь тебе бы повезло, - и закрыв глазки, совсем засыпая, шепотом добавила, - тем более там такое платье было, ты бы точно не устоял.
«Да что ж там за платье такое?» - подумал Артем, но не стал будить девушку своим вопросом.