- Не кипятись, - тихо сказала девушка, положив руки Артема себе на талию, а свои ему на плечи, - выдохни, - она танцуя отвернула Артема от Вики с Глебом спиной.
Танец закончился, Артем поблагодарил партнершу и глазами попытался найти Вику с Глебом, их нигде не было. Артем решил, что с танцами на сегодня достаточно и вернулся на свое место. Через пару песен на крыльцо вышла Вика, поправляя лямки платья, сразу за ней вышел довольный Глеб. Артем не обратил внимания что у парня в руке что-то было, как и не заметил, как сразу за ними из дома вышла мама Вики. Плохие, очень плохие мысли закрались в его голову. Кто-то за столом попросил налить, Артем понял, что это был Павел Кузьмич. Артем взял бутылку коньяка и налил мужчинам по стопке, а затем наполнил и пустую стопку перед собой. Взял ее в руку и замер, увидев, как сидевшая напротив него Маша жалобно смотрит на него и машет головой, «не надо».
Рука дрогнула, он уже собирался ее опустить и поставить рюмку, как из его руки ее забрала Вика, нагнувшись через стол со словами: «за рулем разрешили что ли?», она убрала рюмку в сторону и пододвинула к нему стакан с соком.
- Спасибо еще раз Вик, - услышал Артем голос подошедшего Глеба, - надеюсь твои конспекты брату помогут экзамен пересдать, ты прости что в День Рождения пришлось искать, - извинился парень, - но у меня поезд сегодня.
- Да ничего, - ответила Вика, - пусть пересдает конечно.
- Ну я побежал, - продолжил парень, - еще раз с Днем Рождения, всем до свидания, - сказал он громко и кивнул Артему, в руках его только сейчас тот заметил несколько тетрадок.
«Какой же я…» - пронеслось у него в голове.
Ближе к вечеру кто-то заиграл на гитаре, люди вокруг пели песни, очень душевно. Потихоньку гости стали расходиться, к восьми вечера начало темнеть. Артем, не спавший уже больше суток, замечал, что временами он клюет носом. Оставшиеся соседи помогли прибрать со стола и попрощавшись тоже отправились домой, к девяти, остался только Артем, который как раз собирался все-таки поехать домой, хотя бы отъехать к заправке на трассе и поспать, чтобы не уснуть за рулем. Но Вика, снова промелькнув сказала ему отнести стулья по местам.
Справившись со стульями и занеся скамейку обратно в гараж, Артем вышел во двор, где были родители и сестра Вики. Он подошел к ним и сказал:
- Спасибо за все, - устало и даже не стараясь храбриться, сказал Артем, - и простите, если что не так, но мне правда…
- Я тебе на летней кухне постелила, - голосом, не терпящим возражения, перебила его Вика, вышедшая из-за дома, - ночи теплые, будет комфортно, - и зашла в дом.
Артем с открытым ртом проводил девушку взглядом и такой же оторопевший повернулся к ее родителям.
- И то правда, Артемушка, - сказала Анастасия Петровна, - куда ты на ночь глядя, не пущу я тебя такого за руль.
- Да, да, - подтвердил Александр Степанович.
У Артема на самом деле не было сил спорить, он отправился за дом, в летнюю кухню. Ей видимо уже не пользовались, это была открытая пристройка, с одной стороны у нее шел кухонный гарнитур, состоящий из нескольких тумб с ящиками и мойкой, с другой стояли стулья, которые сегодня таскал Артем и то ли лавка, то ли диван, деревянная софа со спинкой, так ее охарактеризовал Артем. Именно на ней и лежал небольшой стеганый матрасик с подушкой. Стол, раньше, наверное, стоявший посреди кухни, был сдвинут в сторону, освободив тем самым центр.
Он лег на софу, думая, что сразу вырубится, но сон не шел. Мысли он отгонял, как мог, он принял решение и единственное, о чем он жалел сейчас, что не уехал утром, запомнив Вику пусть и расстроенной, но привычной и понятной, какой она была всегда, а не сегодняшний непонятный для него день. Завтра, приехав домой, он собирался поступить так же, как сделала его сестра с Тамарой, но в отличие от них, Артем был уверен, он навсегда потеряет эту девушку.
Он не знал, сколько прошло времени, но была уже точно ночь, когда почти беззвучно, на цыпочках, в кухню зашла Вика. Он узнал ее даже в темноте, по походке и образу при свете неяркой луны. Она молча села рядом с ним на софу, а когда он что-то хотела сказать, просто положила палец на его губы. Затем легла на бок рядом с ним, вертя попой подвинула его к спинке и прижавшись всем телом к нему, взяла его руку и, как тогда, в грозовую ночь, укрылась его рукой как одеялом, положив ее себе под грудь и накрыв своем ручкой сверху, пропустив свои пальцы между его.