— Половину, — усмехнулся Фредерик.
— Думаю, что о коммерческом использовании порталов говорить преждевременно, — ответил я, поняв чего именно хотят добиться король и генерал, — Лучше всего, применить её в военном направлении. Благодаря этому получится сделать порталы известными и продемонстрировать их эффективность. Но, опять же, всё это надо делать крайне дорогим, чтобы не убить экономику в провинциях с мощным транспортным потоком. Услуга мгновенного перемещения должна быть элитаной, дорогой и доступной армии и единицам смертных.
Фредерик и О’Харгирн переглянулись, явно обдумывая мои слова, а я уставился в окно, застекленное продукцией моих производств.
Вообще, с того момента, как государственные учреждения и дворец были остеклены, в них стало куда приятнее находиться. Особенно, в зимвнее время года — исчезли сырость и сквозняки, а отсуствие вечно закрытых ставен сделало их более светлыми и не столь отвратными. Впрочем, я ещё с Земли любые подобные заведения ненавидел. Не задалось у меня общение с государственными структурами в те годы.
— Допустим, — кивнул после долгого молчания Фредерик, — Но зачем тебе так укреплять армию?
— Чтобы ушастые не могли безнаказанно с нами воевать, — ответил я, — Да и не только они… Вы в кцрсе, что Лорейн точит зубы на нас? Как и Харбир? Это наши западные соседи, которым не по нраву усиление экономики.
— Усиление? — нахмурился Фредерик, покосившись на О’Харгирна, — Почему я об этом не знаю?
— Эти новости принесла разведка Рилера, — усмехнулся я, — А мы наших агенов снабжаем артефактами для связи. Это куда бысрее почтовых воронов и соколов.
— Теперь мне нужны детали, — произнёс Фредерик, усевшись за свой стол.
— Последние три года мы поставляем листовое стекло и стеклянные изделии не только покупателям внутри страны, но и заказчикам в соседних государствах. Качество, знаете ли, редкость товара, — фыркнул я, — Потому, даже более высокие цены не останавливают покупателей. Особенно им пришлись по душе наши статуэтки с девушками. Даже были заказы на большие статуи. Всё это принесло нам около девяносто пяти тысяч золотых, пятнадцать из которы ушли Иллоям, а ещё двадцать в бюджет короны. И речь идет о годовом обороте стекольной продукции в торговле только с Лорейном. Харбирские купцы ежегодно делают заказов на сумму в два раза бОльшую. Как результат, наша экономика растет. Мы, позволили себе вести строительство куда большими темпами, увеличить дружину в пять раз, расширить производство мифрила, который так же закупается торговцами из этих стран… Аналогично и артефакторика. Купцы из Лорейна и Харбира ежегодно покупаю у нас артефактов на тридцать тысяч золотом. Три из них уходят Иллою, семь в бюджет Короны.
— Почему я об этом не знаю? — спросил Фредерик, повернувшись к О’Харгирну.
— Это не всё, — усмехнулся я, — Слудба Рилера так же провела анализ кономик в разных провинциях. Получается что зоны, через которых проходят купеческие караваны, занимающиеся покупками наших товаров, неплохо зарабатывают на постоялых дворах, тавернах, продуктах питания, услугах кожевников и кузнецов, а в некоторых местах — нагло открывают бордели.
— Да черт с ними, с борделями, — фыркнул Фредерик, — Пускай как хотят трахаются. Лишь бы налоги платили.
— Налоги там платят, хоть и не слишком хорошо, — усмехнулся я, — Но суть в том, что наша страна зарабатывает на торговле не самые маленькие средства. Сами прикиньте сколько получает бюджет на налогах только с меня. А, ведь, есть ещё и другие продавцы, у которых отовариваются выходцы из Лорейна и Харбира.
— К чему ты клонишь? — спросил О’Харгирн.
— Скоро гонцы принесут вам письма с описанием ситуации в этих странах. А она очень неприятна. Если у Харбира попросту не хватит сил, чтобы устроить серьёзную войну, то Лорейн достаточно богатая страна. Их армия — около семисот тысяч. Дворянская волница давно пресечена и знать личных дружин, фактически, не имеет — максимум, до полусотни, без брони и с ограничением по оружию. Монарх прочно сидит на своем троне, держа стальной хваткой за яйца все население от последнего золотаря до первого министра. И экономика у них была достаточно крепкой до тех пор, пока не начался экспорт на их территорию нашей продукции. Открыто устраивать торговую войну их монарх не хоче, а вот получить в своё распоряжение технологии и производсва очень даже не против.
— Только ему для этого нужно провти две трети нашей трерритори, взять штурмом ваши укрепления, справиться с вами и вашими чудовищами… — усмехнулся О’Харгирн.
— Не утрируйте, — ыркнул я, — Их не так уж и много — пара сотен только.
Фредерик, пивший в этот момент вино, подавился им, а откашлявшись и отдышавшись произнёс:
— Пара сотен этих существ — серьёзный повод подумать, прежде чем связываться с вами. Это только полсотни этих тварей разорвали бунтовщиков из гвардии за считанные минуты…
Около года назад, как раз когда в моем наделе были завершены первые пять этажей крепости и три из пяти её стен, в столице произошла попытка мятежа. Гвардецы из числа аристократов попытались прорваться во дворец. Они собирались, как потом сообщили немногие выжившие на допросах, захватить Фредерика и заставить отречься от престола в пользу Гаральда Эр’Фалагена, наследника того самого герцога, которого я попросту зарезал, прикрыв убийство дуэлью.
Самое смешное в этом было то, что сам монарх о попытке штурма дворца узнал только утром от генерала, явившегося на доклад, а уже после этого пошем осматривать кровавые следы у входов в здание и в помеениях первого этажа. Тогда даже наши дружинники толком не успели ни с кем сцепиться — почти всех нападавши растерзали гули, следовавшие нашим установкам.
— Против крупной армии они не слишком эффективны, — вздохнул я, — Как скрытая охрана или для диверсий — да. Но именно боевая сила — нет. Днём они действуют не столь эффективно, как ночью. Плюс ко всему, эти существа очень уязвимы для артефактного оружия.
— Все уязвимы для оружия. Особенно, артефактного, — усмехнулся О’Харгирн, — Кстати, а вы можете организовать поставки этих тварей в армию?
— Вы замучаетесь искать для них смертников, — усмехнулся Фредерик, — Дружинники Даека им раз в неделю из городской тюрьмы приводят по сотне человек. Представьте сколько потребуется армии.
— Мда… — вздохнул офицер, — Хотя, если бы можно было кормить их чиновниками…
— Увы, — хмыкнул Фредерик, — Я об этом тоже мечтаю, но пока нельзя.
— Что-то серьёзное? — удивился я.
— Пока ещё ничего, но есть подозрения на шпионаж. Собственно, тоже связано с Лорейном, — вздохнув, ответил генерал, — Кое-кто из Коллегии Внутренних Дел активно общается с послом той страны, каждые выходные посещает особняк дипломата и ведет себя довольно странно. Пока, за ним установлено наблюдение. Но, на фоне информации от Рилера, многое становится понятным.
— Только его заметили в близком общении с лорейнцами? — спросил я, — Или ещё кого-то?
— Глава торговой коллегии, заместитель главы финансовой коллегии и его коллега из коллегии иностранных дел, — хмыкнул Фредерик, — Теперь понятно в чем дело. И почему мне не докладывали о такой интересной ситуации в экономике.
— Значит, следует принимать меры, — произнёс я, — К слову, мне нужно вас покинуть. Всё же, в приятной компании хорошо, но нужно заниматься делами.
— Прежде, чем ты уйдешь, прочиай это, — усмехнулся Фредерик, — Очень удивишься.
Взяв в руки небольшую стопку листов, я принялся читать написанное. И чем дальше вчитывался в текст, тем больше удивлялся.
— Вот так новости, — хмыкнул я, — Вот чем-чем, а торговлей наркотиками я не балуюсь. Хотя, наверное, стоит начать, раз люди об этом пишут. Вдруг им просто не досталось и они так просят?
— Мы поняли, что это дурость, но сам факт, — произнёс Фредерик, — И это не первый такой документ.
Вздохнув, я поднял взгляд к потолку и произнёс:
— Скажите, благородные господа, ког мне надо изуверски казнить?
— Помощник главы коллегии торговли, — усмехнулся О’Харгирн, — Его творчество. Чивновника очень обижает тот факт, что с ним не делятся.