На краю деревни автобус остановился:
- Здесь сам дойдёшь! А, я пока есть время, ремонтом займусь.
- Спасибо! – Поблагодарил Максим и чуть не бегом побежал к бабушкиному дому.
Холодный порывистый ветер пытался сбить мальчика с ног, мелкие капельки дождя острыми иголками вонзались в незащищённые одеждой участки кожи, но он уверенно продолжал идти. Сказывались события прошедших дней, немного занижающие болевой порок. Вот уже дом бабушки Раи, вот бывшего главы сельского совета. Наконец, показался маленький деревенский дом культуры. Он не был похож на подобные заведения. Здесь царила какая-то особая атмосфера. И пусть заведующая (единственный штатный работник) не могла в одиночку обеспечить желаемый уровень мероприятий, дети всегда с удовольствием проводили время в клубе. За домом культуры показался бывший центральный универмаг, возглавлявший площадь на которой и располагался. На памяти Максима он уже не работал.
Он пересёк площадь. Здесь у разбитого дома стоял гусеничный трактор, а во дворе старый потрёпанный временем КАвЗ. В этом доме когда-то жил его друг. Сколько дорог они «проехали» на этих машинах, какие приключения пережили. Наверное, и его родители увезли в поисках лучшего места для жизни. Как-то мимолётно Максим вспомнил слова старого знакомого: «Хорошо там, где нас нет!». От нахлынувших воспоминаний как-то потеплело, мальчик улыбнулся.
Дальше стояли полуразрушенные базы, объект былого могущества некогда Великого государства. Максим родился сразу после развала СССР, а потому рассказы о днях минувшей славы мальчик слышал от многих представителей старшего поколения. За базами почти сразу начинался лес. Здесь Максим свернул и дорога пошла вниз. Вдали показался бабушкин дом и мальчик непроизвольно ускорил шаг, хотя, возможно, это было всего лишь влияние дороги, идущей под крутым углом вниз. Зимой почти все дети любили кататься здесь на санках, за что не редко получали словесную взбучку от родных за безрассудное поведение.
Дом совсем не изменился. Он, как и прежде, утопал в кустах сирени – не забываемое зрелище весной! У входа в палисадник стояла стройная тонкая рябина. Бабушка очень любила это деревце. Бывало зимой, она долго наблюдала, как стайки птиц, весело щебеча, клевали мороженые ягоды. Вот и сейчас несколько свиристелей быстро перепрыгивали с ветки на ветку.
Двор претерпел не большие изменения. На месте большого дровяника, стоял небольшой сарай, возле которого пристроилась небольшая банька. Увидев возле рябины человека, птички вспорхнули на ближайший провод и оттуда наблюдали, как мальчик подошёл к окну и быстро постучал в него.
Сквозь облака пыталось пробиться солнце. Вокруг, даже как-то посветлело. Стало на много теплее. Может от того, что перестал идти дождь, а может просто потому, что Максим достиг поставленной цели. Сейчас, как ему казалось, он был дома. Насквозь промокший, не выспавшийся, голодный, но дома.
- Кто там? – В сенях послышались шаги – Серёжа, ты опять что-то забыл? Только не говори, что сегодня опять занятия отменили! Ох, ох, о… - бабушка оборвалась на полуслове. Такое количество эмоций в одно мгновенье Максим не видел никогда. От недоумения до безмолвного восторга. Бабушка быстро сняла цепочку, обняла внука, при этом, не переставая приговаривать: «Да, как же так? Да, как вырос! А, на отца-то как похож?»
Во время плотного завтрака Максим рассказал практически всё, что с ним случилось за прошедшие дни, о сестре, о маме. Бабушка всё это время молча сидела у старой русской печи, выложенной ещё отцом Максима, и внимательно слушала. Её усталые глаза, не отрываясь с любовью, смотрели на внука. В эти минуты в них появилась какая-то лёгкая тревога. Она знала, что никто не позволит ему остаться и если мальчик в ближайшее время не уедет, мать сама приедет за ним. Пусть дом у неё был не большой, но его двери всегда оставались и остаются открытыми для всей детей и внуков. Как-то раз бабушка обмолвилась в шутку, что единственное чего она боится, так это того, что все дети с внуками приедут одновременно. И не потому, что кого-то она любила больше, а кого-то меньше. Они бы просто не уместились все в доме.