Волшу же было хорошо просто от того, что его никто не трогал. Он просто смотрел в свою карту и курил оставшиеся сигареты из первой пачки.
– А что? Они обещали безопасность, в итоге что получается? Нам тоже правила не обязательно исполнять. – Так он объяснял очередную зажжённую сигарету.
Они шли весь день, изредка прерываясь на привалы. Рюкзаки натирали плечи, спина болела. Солнце, по-осеннему недружелюбное, пекло, словно на дворе стоял июль. Но они продолжали упорно идти. Куда? Теоретически они знали, но практически никто не был уверен ни в одном шаге. И дело было совсем не в карте.
Никто ни с кем почти не разговаривал. Во-первых, не хотели терять энергию. Во-вторых, попросту не знали о чём. Вроде, всё уже было сказано. Разговоры на отвлеченные темы, если и начинались, то, как правило, быстро переходили на тему турнира и всё по кругу. Зачем мы здесь? Почему всё так? Как нам это изменить? Что делать? Верно ли мы поступаем?
Следующей же ночью, когда они расположились на ночлег и распределили, кто когда дежурит, Волш подошёл к Долонтеру.
– Слушай, я эти листы вдоль и поперёк уже перевернул, никакой зацепки.
– Думаешь, это правда угрозы? – Недоверчиво уточнил Долонтер.
– А что мне ещё остаётся думать? Я переставлял слова, буквы, фразы, применил все известные мне техники. Даже на железнодорожный пытался перевести, ничего!
– Железно-какой?
– Не важно! Факт остается фактом – это просто угрозы, не загадки!
– А ты уверен?
– Чёрт тебя задери, Долли, ты меня вообще слушал?
Волш обернулся на друзей, проверяя, не проснулся ли кто от их разговора.
– Ладно, предположим, ты прав и это действительно не загадки, а угрозы.
– Отлично, наконец-то! Долли включил голову!
– Отстань! Всё равно я не хочу им рассказывать!
– Ты что? Договор был отсрочить на день.
– Тебе это так принципиально? Ты не видишь, Старик сам не свой от того, что заманил нас сюда, а тут непонятно, что твориться! Дакота напугана. Чайка кичится, но я же вижу, у него поджилки трясутся! А ты хочешь подлить масло в огонь?
– Нет, я всего лишь хочу сказать правду!
– Какую? Что на нас кто-то охотится? Они и так это знают. Слушай, Волш, – Долонтер почувствовал, что закипает, он усердно принялся тереть виски. Старик так обычно делает, вроде, помогает успокоиться. Уже более тихим голосом он продолжил. – Мы ведь не получали больше такие сообщения, так? Может, их больше не будет. Давай подождём. Может, они не нам вовсе, или это какая-то ошибка. Не говори им. Пожалуйста.
Волш шумно выдохнул и смял листы в руках:
– И почему я должен соглашаться?
– Потому что я капитан? – Долонтер сам в этом уверен не был.
– Явно не поэтому.
Волш передал ему бумаги и неуверенно кивнул, мол, будь по-твоему.
– Как бы я хотел встретиться с другими командами, – заметил он, обращаясь скорее к самому себе, чем к Долонтеру, – Узнать, что у них, получали ли они такое. Нападали ли на них.
– У К.В.Е.С.Т.а огромное пространство, верно, – сказал Долонтер, вспоминая карту, – хоть по карте этого и не скажешь, но вряд ли он запрограммирован так, чтобы мы пересекались.
– При нормальных обстоятельствах, да, – согласился Волш, – но у нас тут чрезвычайная ситуация. Как думаешь, куда они пойдут, если вдруг на них нападут?
– Куда же?
– Долли, голову включай! Конечно же, к выходу! И мы бы так сделали, если бы не были уверены, что они перекрыты.
– Конечно же, мы же самая умная команда, – саркастически заметил Долонтер, – мы, кстати, тоже к выходу направляемся, забыл?
– Чтобы поцеловать его? Я надеюсь там встретить какую-нибудь команду.
– Вряд ли, – отмахнулся Долонтер. – Они могут быть ближе к другим выходам.
– Твоя правда, – согласился Волш и нахмурился. Аргументы были не в его пользу. – Только время потеряем, и ежу понятно, что нас так просто не выпустят. А вдруг возле выхода нас наоборот ловушка ждёт?
Долонтер был вынужден согласиться.
– А вдруг и возле Управления тоже схватят?
– Ты слишком много думаешь, – ответил Долонтер, широко зевнув. – Будь, что будет. Мы вместе и сможем постоять за себя.