- Может, обойдутся, но строительство затянется, на неделю, а может, на две. Такие сроки, по-видимому, военных не устраивают. Ты слышала, чт сказал начальник колонны? Нас перебросят на укладку шпал и засыпку гравия. А я согласна… По крайней мере, работа намного легче, чем в земле рыться. Конечно, домой хочется. Взяли бы и отпустили дня на два - три.
- Отпустят - держи карман шире.
- Если нас поставят на шпалы и гравий, то солдат перебросят на укладку рельсов и строительство мостов, и работа пойдет гораздо быстрее, - рассуждала вслух Шура. Флегматичная, крупного телосложения деваха.
- Ой, послушаю я тебя, Шура и кажется мне, что тебе хочется не так со шпалами возиться, как с ребятами. - Смотри, как бы от тех шпал в подоле матери не принесла.
- Ты что, Вер, сбесилась?
- Солдаты они шустрые, трепаться не любят, с голодухи так зажмет где-нибудь, что и охнуть не успеешь, как дамкой станешь. Ищи потом ветра в поле. Солдату что, он человек военный, сегодня здесь, а завтра там. Тут мамы нет, оберегать некому.
- Да ты что, Вер, за кого ты меня принимаешь?
- А почему ты думаешь, что я говорю про тебя? А может, я сама про себя думаю вслух. Есть же такие люди, что разговаривают сами с собой. Может, и я такая, из породы тех людей.
- Как это разговаривают?
- Да так. Идет по дороге или дома по двору и говорит сам с собой.
- Мне не приходилось встречать таких людей.
- А мне приходилось. Идет и говорит себе под нос, а некоторые и руками размахивают.
- Интересно!
- О чем вы там беседуете? - спросила их Мотя - О доме?
- Нет. Провожу инструктаж с Шурой - как с солдатами вести себя. Ведь завтра пойдем к ним на смотрины, - И она громко рассмеялась.
- Ничего, Шур, не дрейфь, как-нибудь отобьемся гуртом, - советовала Мотя. - Главное, наедине с ним в кусты не ходи, а на всем миру не так страшен черт, как его малюют. И она, рассмеялась.
Девчонки будто и вправду задумали одолеть недокопанный участок земли одним дружным, неистовым натиском. Одни копали оставшийся недокопанный бугорок земли, другие набрасывали на носилки раскопанную землю, третьи почти бегом носили их, четвертые разравнивали землю по полотну. Откуда только сила бралась, казалось, в их молодых, но совсем изнуренных работой телах, открылось второе дыхание.
- Э-эй, сторонись, собьем, - нарочито громко кричала Оля, в паре с Полиной, поспешая с пустыми носилками к месту их наполнения.
- Ух, устала! - плюхаясь на теплую, пригретую солнцем землю, говорит Оля в ожидании, пока девчонки насыплют земли в их носилки.
Вдруг раздался высокий девичий визг. Вера споткнулась о ком земли и упала, потянув за собой напарницу.
- Держись, Вера, за землю, - смеясь, кричит ей Оля. - Она, родная, не подведет. Привыкли девчонки с самого раннего детства к тяжелой крестьянской работе, не тяготила она их, а радовала. Особенно когда работать приходилось сообща, гурьбой, когда можно не только работать, но и поговорить, поделиться о наболевшем с подругами, помечтать вслух, песни спеть, а под настроением и от души посмеяться.
Работа коллективом приносит удовлетворение всем вообще и каждому в отдельности.
Вот и сейчас, казалось, вот-вот девчонки расплачутся от потерянной надежды скорого возвращения домой, но вместо слез они начали работать с удвоенной энергией; как говорят спортсмены, у них открылось второе дыхание, и очертя голову они копают грунт, носят полные земли носилки, и со стороны казалось, что они не работают, а играют в игры о работе.
А они, дочери крестьян, иначе и не могли, так уж были воспитаны, такой у них характер.
С самого раннего детства видели они вокруг себя труд и сами выросли в нем. Как же было расстаться с тем, что было всей их жизнью.
Пускай бы даже захотели они - так руки б не позволили, не согласились бы пребывать в праздности, нетрудовой чистоте. Не складывали их бездельно, отдыхаючи, начиная с десяти лет, и потому без всякого расчета тратили себя на любой крестьянский труд, нужный в семье, а когда повзрослели, и в колхозе, а потребовалось, и на стройке, такой важной для победы над врагом.
Труд в крестьянстве всегда ценился, и когда выбирали невесту, то смотрели не только на ее женскую красоту, но не меньшую роль играло ее умение трудиться, ее трудолюбие.
В таком духе и были воспитаны девчонки.
- Девчонки! Шабаш! - кричит во все горло Дуся, когда последние носилки земли были ссыпаны на полотно будущей железной дороги.
- Ох! - как-будто из одной гортани вырвался многоголосый девичий вздох, и, побросав носилки, лопаты, они попадали на горячую родную землю и от радости стали молотить ее руками и ногами. Со стороны можно было подумать, что они сошли с ума и молотили землю в каком-то припадке. Но это было не так - просто они по-детски выражали свою радость по случаю окончания работы.
Откуда-то появились трое военных. Один из них нес прибор на треноге.
- Здравствуйте, девчата! - приветствовал старший. - Кто из вас будет начальник отряда? - посматривая на девчонок, спросил он.
- Я, - поднимаясь с земли, ответила Дуся. - А что вы хотели?
- Пришли к вам невест выбирать, - улыбнувшись, сказал военный. - У вас, говорят, больно невесты красивы, - шутил он.
- У нас они не только красивы, но и работящие, - принимая шутку военного, произнесла Дуся. - Пожалуйста, вот они все, как на выставке, выбирайте. Вот только одна беда, они еще не успели умыться.
- Это нам не помешает. Если невеста хороша, она и неумытая хороша.
- Ну да ладно! Мы как в песне той: "Первым делом самолеты, а девушки, а девушки потом!" Так и у нас - первым делом работа, а девушки вечером, - шутил он.
- Теперь к делу! - став серьезным, сказал военный. - Нам пояснили, что ваш отряд закончил работу на отведенном вам участке?
- Да, закончили, - ответила Дуся.
- Вот мы и пришли принять от вас то, что вы сделали. Надеюсь, переделывать не придется?
- Думаю, что нет...
- Тогда пошли.
- А нам что делать? - спросила Дусю, стоявшая рядом Мотя.
- Ничего. Пока отдыхайте, - ответила ей Дуся. - Я бы отпустила вас, да боюсь, а вдруг что-нибудь придется доделывать.
- Вы что, не уверены в своей работе? - спросил военный. - Так, может, не будем терять зря время?
- Я уверена, - ответила Дуся, - но начинали работать, инструкцию получали от одних людей, а принимать произведенную работу пришли другие люди. Но как вы знаете, люди бывают разные и на вещи смотрят по-разному. А вдруг вам что-то не понравится...
- В строительстве слова - нравится, не нравится, особенно в дорожном, не употребляются, - назидательно говорил военный. - Мы пользуемся проектом и только по нему проводим оценки. Таким образом, если первый, кто давал вам задание пользовался проектом, а он не мог не пользоваться им, то наши соображения должны совпасть. И если вы выдержали все параметры, которые вам были заданы, то у вас должен быть надлежащий порядок. А если нет, то уж...
Полотно трассы на их участке было разровнено, местами даже утрамбовано, ширина выдержана и откосы соответствовали нормативам. Дуся ни на шаг не отставала от военного, куда он, туда и она, даже спускалась в одном месте по откосу.
Он проверял все молча и только произносил слова: "Да", "Молодцы", "А ну-ка, посмотрим здесь", "Так-так, хорошо".
А когда закончил обследование, сказал: "Молодцы, девчата! Нижайший вам поклон за бескорыстную помощь!"
- Карпенко, выдай им справку! - приказал он одному из военных. Карпенко открыл висевший на ремешке планшет и достал заранее приготовленный бланк справки.
- Ваша фамилия, имя, отчество и номер отряда? - спросил он. Дуся назвала все данные, и он вписал их в справку и подал ей.
- Вот вам документ, удостоверяющий, что работа на отведенном вашему отряду участке выполнена и принята комиссией - говорил он. - А теперь приятного вам отдыха!