- Да откуда ты взяла, что у тебя будет ребенок? Первый раз и сразу ребенок.
- Я же чувствую. Больше того - я уверена, - и она ласково посмотрела ему в глаза. Затем протянула руку и, нащупав его ладонь, крепко пожала ее, - Ладно. Лишь ты был бы живой. Я как-нибудь... - Не договорила, взяла его голову и прижала к груди. С минуту они сидели молча.
- Такая уж наша судьба женская! - отстраняясь от него, сказала Полина и стала натягивать на себя платье.
- Полиночка, милая! Может что не так? Может, я тебя обидел?
- Эх, Саша, Саша! Все так, как и должно быть, дорогой мой птенчик! Просто обстановка вокруг нас с тобою другая, а мы такие, какими и должны быть. Война войною, а любовь требует свое. Правда, бывают дни тяжелые, и свет становится не мил, а как только прошел этот момент, так и хочется петь, плясать и целоваться. Сашенька, ты не забывай, что нам и восемнадцати еще нет.
- Да нет. Мне уж скоро девятнадцать будет, - не согласился он.
- Да, это правильно, ты уж у меня совсем старик, - произнесла с усмешкой Полина. - Пойдем, старик, а то вон уже заря занимается, - взглянув на восток, сказала она.
Расстались они на рассвете. Каждый по-своему переживал разлуку, даже не верилось, что скоро пути их разойдутся на несколько лет.
Полина, крадучись, добралась до своей постели и легла не раздеваясь. В голове сразу же закружились пургою мысли. Что я наделала, что наделала..? Саша, милый, что же будет дальше? Да не сон ли это..? "Любимая. . , любимая. . ," - шептала она. Она ощущала на своих губах его порывистое дыхание, его ласковые руки, скользящие по ее раздетому телу. От всего этого у нее кружилась голова и ей самой так хотелось близости с ним, со своим любимым. Дальше, что она делала и самой вспоминать стыдно, но, вспоминая, в душе разгоралось повторное желание.
Затем она повторно вспоминала все, что она делала с Сашей. И еще несколько раз. Она, в данные минуты, не думала о будущем, о последствиях, ее волновало прошлое. Может, она и до утра провела время в любовных воспоминаниях, но услышала голос Дуси.
- Полина, ты только пришла? - спросила та ее шепотом.
- А ты чего не спишь? - ответила вопросом Полина.
- Не спится что-то, лезет всякая дрянь в голову, - ответила Дуся и, немного помолчав, спросила, - А как же вы решили дальше жить, тешиться ожиданием?
- А что нам решать? Разъедемся, вот и вся наша жизнь, - глубоко вздохнув, сказала Полина. - Таких как мы, сейчас по земле разбросано много.
- Не таких как мы, а таких как ты, хочешь сказать? - приподнявшись на локте, чтобы лучше было видно подругу, начала говорить Дуся. - Я не хочу осуждать Сашу, может, он человек хороший, но он мужчина. Пройдет время и забудет тебя, а ты с чем останешься? Не ты первая, не ты последняя.
- Вот-вот, ты правильно сказала, не я первая, не я последняя, а это значит, так судьбой предписано, и нечего искать виновных.
- Да никто и не ищет виновных, а просто, как подруге даю совет. - А вдруг у вас любовь слишком далеко зашла и ты родишь ребенка. Чем ты его кормить будешь, одевать? Сядешь на мамину и так тонкую шею? Пойдешь работать? А что, кроме трудодня ты заработаешь?
Полина слушала подругу и впервые задумалась над вопросами, которые задала Дуся.
Ожидая встречи с Сашей или гуляя ночью с ним, она не думала о будущей жизни, ей было с любимым хорошо, а что будет дальше, ей и в голову не приходило. И вот сейчас Дуся, ее подруга, раскрыла перед нею всю картину будущего.
"А что если, действительно, будет так?" - подумала она. «Да, так оно и будет. Если у нее родится ребенок, она с ним не сможет зарабатывать даже кусок хлеба, не говоря уж обо всем остальном. И как же, в действительности, она будет жить, кормить и воспитывать ребенка, их ребенка. А Саша ведь хотел что-то сказать, но я ему не позволила. Да и война неизвестно сколько продлится. А если Сашу убьют?» - вдруг подумала она. И ей стало страшно за себя и Сашу.
- Надо сегодня, немедленно пойти в часть к Саше и поговорить серьезно с ним и его командиром и надо зарегистрироваться, - с жаром у уха Полины шептала Дуся.
- Да ты что, Дусь, серьезно думаешь так? - с сомнением говорила Полина.
- А ты что, думаешь в невесты играть? Нет, подруга, это жизнь, а не игра, и к ней подходить с серьезными мерками. Ты скажи мне, как подруге, ты с ним просто гуляла, как девушка с парнем, или как жена с мужем? - стала допытываться Дуся, почувствовав, как она после начатого разговора поникла.
- Все время мы с ним встречались просто так, а сегодня.., - она умолкла, думая, открывать свою тайну подруге или подождать до времени.
- А сегодня, что сегодня? - спросила Дуся.
Полина молчала, думала: "Говорить или умолчать"? Скажу, - решила она. - Скрывай не скрывай, а время придет, узнают и начнут укорять, что не призналась раньше".
- Ну, что молчишь? - прошептала она. - Сегодня мы с ним, как муж с женой, - наконец решилась Полина.
- Ну и черт с ней, с твоей целкой, отдала ее любимому человеку, а не проходимцу, и ладно, во время войны и после, кто на нее внимание будет обращать, - шептала она ей в лицо. - Жалеть об этом нечего, а вот зарегистрироваться бы надо. Не только от того, чтобы бабы особо не судачили, но и чисто с практической жизни, на будущее. На ребенка, может, и аттестат вышлют, а так кому, посторонней девке. Попробуй, докажи, что от него ребенок.
- Да ты что, в своем уме? - возмутилась Полина. - Ни за что!
- Ну и дура! Хотя и говорят, что война все спишет, - снова начала Дуся, - Но нет, не спишет. Придет время, всех спросят, где они были и что делали, когда враг топтал родную землю и нашу честь. А у тебя будет все законно. Ребенок твой будет расти не нагулянный, а как и должно быть. А так..?
- Нет! Что хотят пусть думают! Да у меня и паспорта нет. Мы с тобой колхозники, второсортные люди в стране. А без паспорта кто же меня распишет. Нет, пусть так, как оно есть.
- Как это кто? Сельский Совет. И справку он выдаст, по всей форме. Как и положено. По этой справке и аттестат получишь.
- На кой мне твой аттестат? - не сдавалась Полина. - И без него проживу. Мы люди привычные ко всякого рода трудностям. И на этот раз обойдемся. Если я нужна ему, то он и так деньги вышлет, а если забудет, то туда ему дорога. А к командиру не пойду, не проси. Еще не хватало, чтобы я перед ними унижалась!
- Да какое тут унижение? - не соглашалась Дуся. - Если вы по-настоящему любите друг друга, то и скрепить эту любовь надо по закону.
- На бумажке, да еще с гербовой печатью, - с сарказмом в голосе произнесла Полина.
- Напрасно ты, девочка, смеешься, - ответила ей Дуся. - Поживешь, увидишь, кто из нас прав. Не дай бог, конечно, если с ним что случится, тогда поймешь, для чего нужна эта бумажка. А сейчас из-за глупой гордости ты вряд ли поймешь.
- Упустила я тебя, прошляпила. . . И как я раньше не подняла этот вопрос.
- А что было поднимать, сегодня ночью только и получилось. Да отстань ты от меня! - вдруг рассердилась Полина. - Он не виноват! Я сама так решила и сама во всем буду в ответе.
После этих слов, произнесенных Полиной, в амбаре наступила гнетущая тишина, и только посапывание спящих девчонок да изредка сонное их бормотание нарушали предутреннюю тишину.
25
По прибытии в село, Вася распряг Мышастика, и, наложив ему в ясли свежей травы, направился домой. На дворе был поздний час.
Он обратил внимание на свет керосиновой лампы в окне конторы. "Кто там может сидеть так поздно?" - подумал он и решил заглянуть в окно.
За столом сидел председатель и что-то писал в ученической тетради.
Вася вспомнил, что Максим Федорович просил его зайти к нему, как только приедет. Он зашел в контору и постучал в дверь кабинета председателя.
- Войдите! - услышал он голос Максима Федоровича, и, открыв дверь, зашел в кабинет.
- Можно? - спросил он.
- А-а, Вася. Проходи, проходи! Что так поздно?
- Да девчонки на работе задержались, пришлось их ожидать до вечера, - объяснил Вася. - Неудобно уезжать было, не повидавши их.