- Так, кажется, я поняла, - кивнув, Эля полезла в сумку за телефоном. – Сейчас я позвоню и…
- Сейчас ты развернешься и отправишься своему не знаю, кто он там – жених, любовник. И появишься завтра утром. Если, конечно, к вечеру не потребуют твоего здесь незамедлительного увольнения…
Возмущения в трубку, несколько минут спустя, должного действия не возымели. Выслушав её (очень надеялась - внимательно), Аристов совершенно спокойно произнес:
- Машина будет минут через пять, уже на подходе. Контроллер предупрежден, назовешь себя, пропустят, - четко, лаконично. Исключительно по делу. Эльвира даже возмутиться не успела, разговор был завершен.
В ту минуту, когда Соколовская в недоумении смотрела на замолкший в своей руке телефон, в кабинет Аристова со словами:
- Коста, ты прекратишь на рожон лезть? – входил Николай Седых. Тот самый шофер, состоявший на службе у Рубальских. - Сколько можно просить дать нам спокойно работать? - настрой был не самый доброжелательный. Однако в момент, когда переступил порог… - Это что?? – аж резко остановился от неожиданности.
- Что именно? – не понял Константин, в недоумении глянув на гостя.
Вот какого черта этот приперся спозаранку, непонятно. Планы на сегодняшний день строились совершенно другие. И общение с родственнико-другом в те точно не входило.
- Борода… - указав на собственный подбородок, пояснил гость.
- Жениться собираюсь, будущей мадам Аристовой бородатые мужики не заходят, - обронил Константин, удобно располагаясь в рабочем кресле и жестом приглашая присаживаться гостя. - Ник, вы уже сколько «спокойно работаете»? – продолжал он. - Год, два? А, нет, почти четыре.
- Ну, у вас, хирургов, тоже не всегда все сразу получается, - парировал Седых «падая» на один из стульев, установленных вдоль стены кабинета. - Пациенты же не трясут за грудки. И могу спросить, кто удостоился столь великой чести, - переключаясь с одной темы разговора на другую, поинтересовался Седых, гадая, на сколько владелец кабинета сейчас серьезен. До определенного момента о новом браке даже слушать не желал.
- Поверь, по-разному бывает, - заверил Аристов, намеренно пропуская мимо ушей вопрос о будущей мадам Аристовой, который, определенно, заинтересовал собеседника. - Еще раз повторяю, не я себя в тот салон отправил. Наташка из-за этого суки…
Вот встреча с Рубальских из равновесия вывела. Как на долго – вопрос. Ему бы сейчас собранность совсем не помешала. Да и… На личном кое какие перемены планировались. Не сводили пути больше двух лет, и дальше бы стороной обходить…
- Давай не будем, - предложил в свою очередь Николай, пытаясь понять, чем вызвана легкая нервозность собеседника. - У меня к твоей Наташке свое отношение, - продолжал он. - О покойниках или все, или ничего, но стервой была еще той. О мужиках говорят – куда хер, туда и ноги, о бабах…
- Ник… - угрожающе прошипел Константин.
С первой женой, да, впрочем, пока – с единственной, жизнь не складывалась практически с первых дней брака. Хотя сперва, вроде, всё было нормально. А после росписи человека как подменили. Хотя до последнего надеялся, что как-то образуется, наладится. Не наладилось. Появился третий, о котором узнал слишком поздно. И вместо того, чтобы попытаться как-то остановить происходящее, пустил на самотек, приведший, в итоге, к трагедии…
- Коста, нравится тебе или нет, но игру против тебя вела в том числе и твоя благоверная, - во что Аристов отказывался верить до сих пор, - И не случись той истории с неудачным катанием на лыжах, три года назад мы бы взяли и Рубальских, и, уж прости, твою Наташку. Экономистом, не смотря на молодость, была сильным. Подчистила мастерски. Та доказательная база, что есть на сегодняшний день – ни в одном суде не прокатит. Но там, чтоб ты знал, не только махинации. Конкурентов он убирает, не подкопаешься. К верхушке айсберга по трупам идет. И у нас точные данные на твой счет. Может тебе на время не просто уехать, вообще страну оставить?
Дельное предложение, учитывая, что жизнь – одна. Только, если еще с неделю, даже – несколько дней назад, подобный вариант рассмотрел бы, то сегодня – категорически нет.