«Вот как, мы перешли на официальный тон», – мысленно хмыкнула Эрми.
– Принц Ровид, – глядя ему в глаза, ответила правительница Алевидии.
Несколько минут в кабинете царило молчание. Эрмеара с любопытством ожидала реакции сигерийца, внимательно наблюдая за ним, и хотя он очень старался держать себя в руках, всё же на лице промелькнуло выражение досады и разочарования.
– Надеюсь, вам не надо объяснять причины, по которым я сделала такой выбор, – добавила Эрми и улыбнулась уголком губ.
– Нет, я их прекрасно понимаю. – Ируто всё же усмехнулся в ответ. – Если позволите, я откланяюсь. – Он поднялся. – Хотя у вас чудесная и уютная страна, мне всё же пора возвращаться домой.
– Вас не будет на обеде? – Эрмеара вопросительно подняла светлую бровь.
– Не думаю, что моё присутствие так уж необходимо. – На мгновение губы Лейвина поджались.
Ну да, кому будет приятно терпеть шепотки и насмешливые косые взгляды придворных. Проигрывать неприятно, а ведь Ируто был уверен, что королева выберет его. Кто ж знал, что Эрми угораздит влюбиться в Тенрила… Она едва сдержала довольную улыбку.
– Как вам будет угодно. – Её величество соединила кончики пальцев и всё же добавила мягким голосом: – Лейвин, я надеюсь, мы расстаёмся друзьями?
Он оглянулся, посмотрел на собеседницу долгим взглядом и наконец медленно кивнул. С таким союзником, как Терония, пытаться мстить Алевидии чревато серьёзными осложнениями для и так погрязшей в проблемах Сигерии.
– Конечно, ваше величество. – Ируто склонился в изящном поклоне и вышел из кабинета.
Эрмеара ещё некоторое время посидела с задумчивым видом, потом решительно выпрямилась и придвинула к себе стопку бумаг. До обеда надо успеть просмотреть их, потому как заседание совета министров через два дня, и стоит изучить, чем они тут занимались в её отсутствие.
За делами время пролетело быстро, и когда часы мелодично прозвонили два, Эрми поспешила к себе, готовиться к торжественному обеду. Пока отдыхала, она успела немного отвыкнуть от подобных мероприятий, и пока служанки помогали облачаться в нижние юбки, корсет и прочий ворох ткани, юная королева недовольно кривила губы. Но ничего не поделаешь, придётся потерпеть. Подумалось, а не зайти ли к Дану, проведать, как он, Эйнерд должен был уже снять с него знак. Придворный маг предупредил, что после болезненной процедуры Данри придётся немного полежать, прийти в себя, что значило – на обеде его не будет. Эрми коротко вздохнула, грусть всего на несколько секунд затуманила серые глаза, но королева поспешно отмахнулась от отголосков старых чувств. Последнее время они посещали всё реже и реже, что не могло не радовать. Когда горничные закончили с причёской, Эрми встала и направилась в покои Кинаро. Уже завтра он уедет из дворца… Государыня надеялась, что на её свадьбу Дан всё-таки придёт. По крайней мере, ей было бы приятно его увидеть в такой значимый для Эрми день.
По привычке она чуть не распахнула дверь без стука, но вовремя вспомнила, что хоть и королева, вежливость никто не отменял. Дан больше не принадлежит ей. И Эрмеара тихонько постучала, чутко прислушиваясь – вдруг он ещё от Эйнерда не вернулся, она же не знала, когда бывший фаворит пришёл к себе. Пока ждала, поймала себя на том, что затаила дыхание, да и сердечко забилось быстрее, чем обычно. Они так мало виделись за последние дни. И где-то глубоко в душе шевельнулось смутное чувство вины. Несколько долгих минут за дверью царила тишина, а потом раздались шаги. Государыня невольно улыбнулась, порадовавшись, что Данри так быстро пришёл в себя, но… дверь открылась, и она с удивлением уставилась на виконта Анди.
– Ваше величество. – Он почтительно склонил голову.
– Можно? – Эрмеара вопросительно глянула на молодого мага. – Он в порядке?
– Можно, конечно, тем более я уже уходить собирался. – Эригор отступил в сторону, пропустив сиятельную гостью в покои.
Королева поспешила в спальню, всё-таки немного волнуясь. Боялась, что при встрече отголоски старых чувств дадут о себе знать…
Дан лежал на кровати, поверх одеяла, но выглядел не очень. Побледневшее лицо, закрытые глаза, плотно сжатые губы, да и дыхание учащённое. Эрми задержалась взглядом на повязке на виске, мелькнула облегчённая мысль, что крови на ней не видно, и девушка тут же сердито одёрнула себя: при снятии знака, как и при нанесении, её и не бывает обычно. Услышав, что кто-то вошёл, Данри приоткрыл глаза, но, увидев, кто именно заглянул к нему, он в удивлении поднял брови.
– Эрми?.. М-м, ваше величество? – Кинаро слабо улыбнулся и попытался сесть.