В голове медленно проплывали мысли, преимущественно о ворохе сведений, который на него свалился в последние дни. Кинаро не стал пытаться сложить их в единую картину, а позволил свободно течь. Он и так слишком много думал и размышлял, может, поэтому не замечал очевидных вещей? То, что случилось сегодня, наглядно показало, что пришло время действовать, а не обходиться размышлениями и разговорами. Он слишком привык к мелким пакостям придворных, и когда пошла игра по-крупному, растерялся. Тёмные брови чуть нахмурились. Мысль пошла дальше, Дан вдруг понял, что все эти два года плыл по течению. Да, научился кое-чему, от наивного и легкомысленного юноши почти ничего не осталось, но… он слишком привык осторожничать, выжидать, и сейчас сделал непростительную ошибку: позволил тем, кто играл против него, опережать его на шаг, а то и на два. Да и думали за него в основном другие… Губы Кинаро сжались: нет, хватит, Джоргар может и дальше изображать из себя снисходительного дядюшку, но думать Дан умеет.
Вопрос номер раз: кто заманил его в грот? Не Хил, в это фаворит не верил, пусть записка и была написана им. Теали говорила, тут замешан маг, да это и так понятно – настойки, которыми его щедро опаивали, красноречиво говорили об этом. Водоворот в озере… Стоп. Данри замер, глядя в потолок невидящим взглядом. Тогда рядом оказались Корин Альдо и сигериец, Риген Киели. Кор точно не маг, Эригор бы сказал, да и Джоргар бы молчать не стал. Хотя у графа есть кто-то знакомый с даром – вспомнить хотя бы подделанную записку якобы от Эрмеары и тот необычный запах, про который говорила королева после внезапной встречи с неизвестным поклонником в парке. Кинаро не стал отвлекаться, мысль неудержимо летела дальше, в прошлое, к маскараду, где он тоже хлебнул знатной дряни… И опять рядом оказался улыбчивый блондин из свиты Лейвина. А тот, кто ездил с человеком Джоргара к жиле, поработал с памятью проводника… И, кажется, Киели как раз и не было вместе со всеми в Пещерах… Герцог говорил что-то о том, что пока не хочет сообщать о личности того, кто покушался на честь Данри, по своим причинам, и далее разговор шёл о карте Лейвина. Которая очень нужна регенту, и пока он её не получит, принц из Алевидии не уедет. Зрачки Кинаро резко расширились, а губы растянулись в довольной ухмылке. Он не удержался и щёлкнул пальцами.
Со стороны кресла послышался шорох и немного сонный, хрипловатый голос Теали:
– Вы проснулись?..
Данри повернул голову и посмотрел на неё.
– Это Риген всё подстроил, да?
Терронка не стала переспрашивать, сразу поняв, о чём речь. Уголок её рта пополз вверх.
– Да, – ответила она и соединила кончики пальцев.
– И он маг. – Дан не спрашивал, он утверждал.
Ти снова кивнула, улыбнувшись шире. Кинаро прищурился, взгляд на мгновение стал отсутствующим.
– Блондину наплевать, если его застукают с кем-то, неважно, с мужчиной или с женщиной, и он не выглядит настолько увлекающимся, чтобы бросить все силы на завоевание предмета страсти, – медленно произнёс Дан и сел, обхватив руками согнутые колени. – И что-то мне подсказывает, захоти он затащить меня в постель, не стал бы пользоваться настойками, а сначала попробовал бы действовать другими методами. – Молодой человек прищурился, взгляд снова стал осмысленным. – Теали, это Лейвин, да? Это для него этот гадёныш белобрысый старался? То-то я смотрю, он чуть ли не шарахается от меня! – Голос фаворита зазвенел от злости. – Боялся выдать себя, спорю на что угодно!
Ти молча кивнула, мысленно поаплодировав собеседнику. Впрочем, она и не сомневалась, что Дан сможет сложить все кусочки и сделать правильные выводы. По какой бы причине Джоргар ни молчал о тайне Лейвина, парень всё равно догадался. А вот интересно, что это за причина? Зачем регенту нужно, чтобы про наклонности Ируто никому не было известно?.. Она решила попробовать выяснить чуть позже.