Между тем королева поспешно сбросила туфли и, подобрав юбки чуть ли не до колен, подбежала к берегу озера. И хотя принц видел её со спины, тёмный силуэт на фоне расплавленной бронзы водной глади, он готов был спорить на что угодно – она улыбается. Мечтательно, немного отстранённо, погрузившись в ощущения и прикрыв глаза длинными золотистыми ресницами. Рил полюбовался ещё немного и принялся обустраивать место для пикника. Расстелил покрывало, выложил фрукты и сыр с мясом, открыл вино и разлил в бокалы. «Опять без чулок», – мелькнула шальная мысль, и Тенрил позволил себе на пару минут погрузиться в воспоминания о встрече у этого же озера несколькими днями ранее. Ощущения шелковистой, тёплой кожи под пальцами, дрожь, которая охватила королеву от его прикосновений, её прерывистое дыхание – всё это заставило сердце принца биться быстрее, и он с некоторым усилием вернулся в настоящее. Когда же снова посмотрел на то место, где последний раз видел Эрмеару, её там не было. Ровид выпрямился, в груди на мгновение мелькнуло беспокойство.
– Эрми! – окликнул негромко.
– Я здесь! – раздался приглушённый голос, и, к удивлению Рила, он раздавался… из-за водопада!
– Эй, шустрая, где ты? – Он подошёл к воде.
Неожиданно из-за плотной завесы какого-то ползучего растения сбоку от шумевшей воды высунулась изящная рука и нетерпеливо помахала ему.
– Здесь! Тут проход есть, иди скорее, а то пропустишь! Солнце почти ушло за горы!
Тенрил тихонько хмыкнул, покачал головой, но спорить не стал. Отвёл упругие плети с глянцевыми зелёными листочками и маленькими лиловыми цветами и обнаружил то, о чём говорила Эрмеара, – проход за водопад. Брызги воды оседали на лице бодрящей росой, из грота веяло сыростью, и Рил осторожно шагнул вперёд, стараясь не поскользнуться на мокрых камнях.
– Смотри, – тихо произнесла Эрми, стоявшая чуть впереди.
Босая, отметил Рил, и до зуда в пальцах захотелось взять маленькие ступни и согреть их дыханием – наверняка ведь замёрзла, вода-то прохладная уже под вечер. Он подошёл к королеве и встал за её спиной, его руки самым естественным образом легли на талию Эрмеаре и придвинули к себе, обняли, прижав к груди. Тенрил перевёл взгляд вперёд…
Отсюда, изнутри, шумливый водопад под лучами заходящего солнца превратился в мерцающий занавес совершенно фантастических цветов и переливов: серебристо-розовый, золотистый, янтарный, с красноватыми искорками, оранжевыми змейками. Он струился, шуршал, шептал что-то на языке воды, овевая свежестью и окутывая всё мелкой взвесью водяных капелек, оседавших на одежде и волосах бриллиантовой пылью. Цвета постепенно сменялись на глубокие фиолетовые, лиловые, тёмно-синие, и в гроте наступала темнота, но не пугающая, а ласковая и прохладная. Ладони Тенрила скользнули по плавным изгибам стройного тела, он услышал тихий вздох, и губы сами потянулись к изящной шее, мягко прошлись по ней цепочкой невесомых поцелуев. Язык обвёл маленькую ушную раковину по краю, и до принца донёсся ещё один вздох, на сей раз прерывистый. Эрмеара чуть повернула голову и подняла руки, её пальцы зарылись в волосы Тенрила, притянув к себе ближе.
– Маленькая моя… – тихо прошептал Рил, его переполняла нежность к этой непосредственной и милой проказнице, успешно прятавшейся под маской королевы. Хотелось прижать к себе и никуда не отпускать, зацеловать, пока не услышит протяжный стон удовольствия, и ласкать дальше, смелее, увереннее, не останавливаться на одних поцелуях…
– Твоя?.. – вырвалось у неё немного растерянно.
– Моя, – подтвердил Рил и потёрся носом о чуть вздёрнутый носик Эрми. – Имеешь что-то против? – Он улыбнулся в темноте, голова немного кружилась от тонкого цветочного аромата, исходившего от королевы.