После последовал резкий, оглушительный удар, от которого перехватило дыхание. Девочка смогла приземлиться на мягкую грядку с перекопанной землей у стены дома, но сила падения всё равно отдалась во всём теле жгучей болью. Голеностоп пронзительно заныл, а спина онемела. На мгновение в глазах потемнело. Но вместе с этим тут же со второго этажа донёсся оглушительный грохот и громкие ругательства.
Наири встала на дрожащие ноги, чуть не падая обратно. Правая ступня отзывалась острой болью при малейшей нагрузке. Прихрамывая, почти падая, она бросилась прочь от дома, в единственное возможное убежище - в сторону густого леса. Каждый шаг отдавался болью по всему телу, заставляя морщиться и сжимать зубы. Но крики преследователей сзади заставляли её двигаться быстрее, подгоняя адреналином. Не оглядываясь, девочка бежала, устремляя взгляд к спасительным деревьям, попутно молясь, успеть и укрыться в них. Спасительная стена леса казалась такой близкой, всего несколько десятков метров. Но надежда была короткой.
Вскоре за спиной, уже совсем близко, послышались тяжёлые, уверенные шаги и хриплое, злое дыхание. Они бежали легко, без особых усилий, не обременённые болью и страхом. Их крики, грубые и полные злобы, настигали её быстрее, чем они сами:
– Держи её!
– Тебе всё равно не уйти!
Наири пыталась ускориться, сделать последний рывок, но травмированная нога угодила в малозаметную яму. Чуть не упав, она смогла едва удержать равновесие, но эта заминка отняла последние несколько минут. Тяжёлая рука грубо схватила её за плечо, резко дёрнула назад. Девочка вскрикнула, пытаясь вырваться, но её силы были практически на исходе и не равны. Второй мужчина настиг её тут же следом, его тень накрыла с головой. Она успела увидеть сжатый кулак, мелькнувший в воздухе. Не было времени даже зажмуриться. Острая, ослепляющая боль вспыхнула в виске. Тёмные пятна поплыли перед глазами, поглощая последние клочки света. Её тело обмякло и безвольно рухнуло в руках мужчины. Сознание погасло, оставив после себя только тишину и пустоту.
Глава 6
Сознание возвращалось медленно, словно сквозь толщу мутной, холодной воды. Сначала - лишь смутное ощущение собственного тела, тяжёлого, ватного и отчуждённого. Голова раскалывалась, отдавая тугой и пульсирующей болью в висках. Попытка пошевелиться не увенчалась успехом и встретила непреодолимое сопротивление. Тёмная пелена перед глазами медленно рассеялась, и взгляд девочки сфокусировался на широких кожаных ремнях, довольно туго стянутых вокруг её запястий и лодыжек. Они не просто удерживали, но и впивались в кожу, каждая попытка высвободиться, отозвалась резкой, свежей болью в мышцах и в ушибленной ноге.
Осознание накатило не сразу, пробираясь обрывками. Она лежала на жёсткой медицинской кушетке, покрытой холодной клеёнкой. В левую руку была вставлена игла капельницы, от которой вверх уходила прозрачная трубка, ведущая к пакету с бесцветной жидкостью. Паника, холодная и тошная, начала подниматься из живота, сжимая горло. Взгляд Наири скользнул по комнате. Стеллажи, заставленные аккуратными рядами пробирок с разноцветными жидкостями, шкафы с блестящими хирургическими инструментами, тетради в толстых переплётах. Стерильная, бездушная чистота белых стен и ослепительно яркий, холодный свет ламп давили на глаза, заставляя жмуриться и чувствовать себя беспомощной бабочкой, помещённой под микроскоп. Отчаяние и ужас сдавили горло ледяным обручем. Беспомощность была как физической, так и душевной. Она не могла пошевелиться, не могла крикнуть - только короткий, прерывистый стон вырвался наружу, и её тело затряслось конвульсивной дрожью, от которой болью отозвались затянутые ремни. Слёзы сами собой потекли из глаз, смешиваясь с потом на висках.
В этот момент, когда её внутренняя паника, начала подниматься ещё выше, за дверью послышались шаги. Через несколько секунд дверь открылась с тихим щелчком. В проёме возникла высокая, строгая фигура мужчины в идеально белом халате. В одной руке он держал толстую тетрадь, в другой - небольшую коробочку в которой стояли закрытые пробирки. Его лицо не выражало ни удивления, ни злости, ни сострадания. Лишь лёгкую, профессиональную заинтересованность, словно он наблюдал за интересной химической реакцией. Холодные глаза скользнули по её лицу, залитому слезами, и по её дрожащему телу.