Деймир, с лицом, запыленным от долгого пути, не смог сдержать одобрительного кивка. Его поза, чуть сутулившаяся от усталости, выдавала путешественника.
–Спасибо большое за угощение. – Сказал он, в первую очередь накладывая Наири на тарелку щедрый кусок мясного пирога, а после уже себе. Аромат горячего теста и специй мгновенно разыграл аппетит ещё сильнее. – В поселении всё спокойно?
Тераина, облокотившись о спинку стула, с удовлетворением наблюдала за его реакцией.
–Спокойно. – Её ответ прозвучал, как отголосок пережитой, но минувшей бури. – После того, как мы все сообща отремонтировали, что было разрушено, жизнь потихоньку вернулась в прежнее русло.
– Рад слышать. – Проговорил Деймир, сделал глоток травяного чая. – А как поживают Давид и Лейла?
– С ними тоже всё в порядке. – Лицо Тераины озарила теплая улыбка. – Они полностью оправились от ран и сейчас с энтузиазмом заканчивают обустройство своего дома. Лейла, кажется, одержима идеей разбить под окнами несколько кустов белых роз.
– Это хорошо. – Отозвался Деймир, и в его голосе прозвучала искренняя благодарность.
Тишину, нарушаемую лишь потрескиванием поленьев в очаге, прервал Рейвен.
–А как себя чувствует Алита? – Спросил он, его низкий голос был тих, но ясно слышен.
Тераина повернулась к нему, и её взгляд смягчился.
–Полностью восстановилась, окрепла и полна энергии. И, я знаю, будет невероятно рада вас видеть. – Затем хозяйка повернула голову, и её взгляд упал на самую младшую из гостей. – Особенно вас, юная дева.
Наири, которая до этого момента застенчиво молчала, оторвалась от кружки с чаем, её глаза широко распахнулись от удивления.
–Меня? – прошептала она. – Но почему? Я.… я с ней не знакома.
Тераина лишь таинственно улыбнулась. Она подняла палец, словно призывая к терпению.
–Скоро сама всё узнаешь, пусть это будет небольшим сюрпризом. – Не дав четкого ответа, проговорила она, и её улыбка стала еще загадочнее, намекая на какую-то приятную тайну.
Наири не могла скрыть вспыхнувшего любопытства. Её пальцы беспокойно забарабанили по столу.
– Тогда, когда я смогу с ней увидеться?
– Как только поешь досыта, так сразу и проведём тебя к ней. – Пообещала Тераина, ласково подмигнув девушке. – Но торопиться не следует. Хорошие новости, как и вкусная еда, требуют времени, чтобы ими в полной мере насладиться. Так что не заставляй мои пироги ждать, дитя.
Всё время за трапезой Наири сидела, словно на иголках. Еда, хоть и была вкусной, казалась ей безвкусной, а общий разговор доносился будто сквозь воду. Её мысли были там, за стеной, в доме где находилась спасённая девушка, которая могла оказаться её сестрой. Сердце её билось частой, тревожной дробью, смешивая надежду и страх в одно мучительное ожидание. Каждая минута тянулась бесконечно, и она мысленно повторяла слова, с которыми обратится к незнакомке.
Как только последние крошки были убраны со стола, Нари первая поднялась, с такой готовностью помогая Тераине, что та лишь мудро улыбнулась, понимая её нетерпение. Всей гурьбой они направились к соседнему дому, скрытому в тени раскидистых кедров. Дорога казалась ей втрое длиннее, чем была на самом деле. Подойдя к резной деревянной двери, Нари на мгновение замерла, собираясь с духом, прежде чем Рейвен, видя её колебание, мягко постучал. Тишина, последовавшая за стуком, показалась ей вечностью. В ушах звенело от напряжения. И вот, скрипнула дверь, и на пороге появилась девушка. Свет изнутри падал на её лицо, и Нари, затаив дыхание, всматривалась в каждую черту, ища в них знакомые, родные линии, хранимые в самой глубине памяти.
– Тараина, вы что-то хотели? – Вежливо спросила Алита, её голос прозвучал привычно и спокойно, но в нём читалась лёгкая удивлённость визиту целой компании.
Однако её взгляд, скользнув по остальным присутствующим, внезапно замер на девушке с огненно-рыжими волосами. Время будто сжалось в точку. Прошли годы, десятилетия, их жизненные пути были полны испытаний и перемен, но в глубине этих глаз, в овале лица, в самой её позе - она узнала то, что искало её сердце все эти долгие годы. Это было не мгновенное осознание, а скорее вспышка, озарение, идущее из самой глубины души.