— А как? — тихо спросила Хоуп.
— Не знаю. Пока не знаю, но мы наверняка что-нибудь придумаем.
Медики не стали давать Рэйчел лошадиной дозы лекарства, они вообще прекратили вводить его через капельницу.
— Тут нужно сопоставить риск с возможной выгодой, — пояснил Стив. Они стояли все вместе в холле — Джек, Стив, Кара и Синди. — Антикоагулянты разжижают кровь и разрушают тромб, но это может вызвать внутреннее кровотечение. А мы не можем допустить, чтобы Рэйчел истекла кровью.
Джек с этим согласился, но настроение у него все равно не улучшилось.
— Почему же она не реагирует?
Стив покачал головой. Все молчали.
— Мы сейчас начнем вводить ей новую дозу того же самого лекарства, — наконец сказал он, — и будем внимательно за ней наблюдать.
Джек решил заняться этим сам. Опустив ограждение, он сел на кровать и принялся разминать руки и ноги Рэйчел. Он говорил ей, что лекарство работает незаметно для глаза и только вопрос времени, когда ее дыхание успокоится, а лицо примет нормальный цвет.
— Похоже на курс позитивного мышления, — послышался от дверей голос Дэвида Сунга. Светло-серый костюм (надо признать, костюмы всегда хорошо на нем сидели), черные туфли — такие же черные и блестящие, как его глаза и волосы.
Не сводя глаз с Рэйчел, Дэвид подошел к кровати и встал напротив Джека.
— Я подумал, что мне надо самому сюда приехать и, может быть, чем-то помочь. — Он тихо выругался. — Теперь я понимаю, почему ты так напуган. Я не представлял, что дело обстоит так плохо.
— А ты думал, я шучу? — окрысился на него Джек. — Думал, я все это подстроил, чтобы дать себе повод пару недель не ходить на работу?
Дэвид вскинул вверх руки:
— Послушай, я тут не виноват.
Так ли это? Если бы Дэвид не нажимал, их бизнес не рос бы столь быстро, а значит, Джек не был бы так поглощен делами, не замечая ничего вокруг, Рэйчел не оставила бы его, не уехала бы в Большой Сур и не попала бы в аварию.
Впрочем, не стоит перекладывать на кого-то свою вину. Джек в любой момент мог остановить эту адскую машину. Выйти из игры.
Дэвид засунул руки в карманы брюк — это означало, что он старается сдерживаться.
— Давай начнем с самого начала. Хоть какое-нибудь улучшение есть?
— Нет, — со вздохом сказал Джек. — Пока нет.
— А как девочки на это реагируют?
— Не отходят от матери.
Наступило молчание. Джек старался не смотреть на своего партнера. О делах ему говорить не хотелось, но, кроме бизнеса, их с Дэвидом ничего не связывало. Когда-то Джек считал иначе. Но у Дэвида не было семьи, он разводился то с одной женой, то с другой. Даже после того как Джек тоже развелся, между ними не возникло той близости, которая была, когда оба еще только начинали.
— Послушай, Джек, — откашлявшись, сказал Дэвид, — я не хочу быть… — Он оторвал взгляд от Рэйчел и посмотрел на дверь. — Гм, может… может, мы поговорим там? Как-то неудобно обсуждать здесь дела.
— Ничего, все нормально. Для Рэйчел полезно слышать чьи-то голоса. Говори, что хотел.
Дэвид начал не сразу. Когда он наконец заговорил, голос его звучал приглушенно, хотя слова вылетали быстро.
— Ты прав. Это семейная трагедия. Это очень тяжело. Прошу прощения за то, что не понял этого сразу, но, — он вздохнул, — по правде говоря, я очень беспокоюсь. Происходит нечто такое, что мне здорово не нравится.
Джек посмотрел на руку Рэйчел. Пальцы казались какими-то голыми. «Интересно, что она сделала со своим обручальным кольцом?»
— Ну ладно, пусть мы потеряли партнеров — наймем других. Но мы не можем заниматься Хиллсборо — это слишком незначительный проект. Нам нужна Монтана, которая пока еще висит в воздухе, но будет нашей, если ты сможешь лично туда приехать, чтобы дать пояснения по последнему варианту проекта. А кроме того, — он сделал многозначительную паузу, — нам нужен Атлантик-Сити.
— А что там в Атлантик-Сити?
— Новый отель, — с плохо скрываемым торжеством сказал Дэвид. — Большой шум, большая пресса, большая «капуста».
Джек не разделял его энтузиазма. Его даже не интересовали подробности. Ему не нравился ком в желудке, не нравился и шум в голове, который вызывала у него беседа на деловые темы.