У Фэй, однако, по-прежнему был удрученный вид.
— Расскажите мне, какие книги выбирала Рэйчел, — желая отвлечь ее, попросил Джек.
Фэй и в самом деле повеселела. Джеку нравилось, когда она улыбается — так было легче воспринимать действительность.
— Эта женщина в душе романтик, — лукаво взглянув на Рэйчел, сказала Фэй. — Однажды она заставила нас прочитать «Прощай, оружие!». В другой раз — «Тэсс из рода Д'Эрбервилей». И над обеими она плакала.
Джек попытался вспомнить, видел ли он когда-нибудь Рэйчел плачущей над книгой.
— Когда родились девочки, она читала не много. Разве что журналы. Девочки были очень активными. Если Рэйчел не занималась с ними, то рисовала. Пять минут чтения в постели на ночь — и она отключалась как по сигналу.
— Город ее утомлял, — сказала с порога Чарли Авалон — в очередном топике с бретельками, короткой юбке и туфлях на высокой платформе.
Джек встал. Чарли не входила в палату, и тогда Фэй сама к ней подошла. С минуту они стояли обнявшись — для поверхностного наблюдателя более чем странная пара, но с учетом слов Фэй все это выглядело совсем иначе. Когда Фэй вновь подошла к постели, Чарли последовала за ней. От предложенного кресла она отказалась, отказалась и от сандвича — просто стояла, держась руками за перила, и смотрела на Рэйчел.
— Я раньше жила в Сан-Франциско, — сказала наконец она. — Иногда мы о нем говорили.
— Вы его ненавидели так же, как она? — спросил Джек.
— Гораздо сильнее. Как раз она-то его защищала. Я знала, что именно в Сан-Франциско ее брак расстроился, но она никогда плохо не отзывалась об этом городе — до тех пор, пока мы не стали обсуждать «Теперь вы ее видите». Это о женщине, которая в сорок лет внезапно стала исчезать.
— Исчезать?
— В буквальном смысле слова. Рэйчел сказала, что в Сан-Франциско чувствовала себя именно так. Там было слишком много художников, слишком много народа, слишком много шума — происходило слишком много всего сразу, так что она не могла собраться с мыслями и начать рисовать. Там ей не за что было зацепиться. Она разлеталась в разные стороны, все выше и дальше.
— Чарли! Ты все немного драматизируешь, — упрекнула ее Фэй. — Эта книга о женщине, чья личность проявлялась только через других — ну, например, как жена Джека, мать Саманты, подруга Чарли, — пояснила она для Джека.
— Но Рэйчел и сама личность, — возразил Джек. — Она же художница.
— Она пыталась ею быть, — не согласилась Чарли. — В Сан-Франциско для удовлетворения своих основных потребностей ей приходилось полагаться на вас.
— Я был обязан это делать как муж. Не понимаю, в чем тут проблема?
Чарли посмотрела на Фэй, которая сделала предостерегающий знак рукой. Но Чарли Авалон было трудно остановить.
— Рэйчел ненавидела уверенность своей матери в том, будто деньги — самое главное в жизни, — с вызовом сказала она. — И она боялась, что вы тоже становитесь таким.
Джек был потрясен:
— Когда это я сорил деньгами?
— Вы купили ей бриллиант.
Прошла минута, прежде чем он понял, о чем идет речь.
— Это был не бриллиант, — немного смущенно сказал он. — Это было кольцо с бриллиантом в три карата.
— Это был бриллиант.
Он тяжело вздохнул. Желудок вновь начал завязываться узлом.
— Я попросил одного ее приятеля — богемного парня — оправить его в золото и платину. Это было довольно необычно, и мне показалось, что ей понравилось.
— Она сказала, что это был утешительный приз — компенсация за ваши поездки.
Джек был оскорблен.
— Я пытался показать ей, что она заслуживает гораздо большего, чем это проклятое кольцо. Я хотел, чтобы она поняла, что раз во время помолвки у меня не было денег на бриллиантовое кольцо, то я теперь хочу преподнести ей нечто особое. Я пытался доказать ей, что люблю ее.
Наступило молчание. Отодвинув в сторону остатки сандвича, Джек встал и оперся локтями на перила возле самого изголовья Рэйчел. Она никогда не говорила, что ей не нравится кольцо. Она просто не так часто его надевала. Она должна была рассказать ему обо всем этом. Он тогда сказал бы ей, что чувствует.
Джек вглядывался в ее лицо, надеясь найти ответ, надеясь заметить хоть какое-нибудь движение. Взяв ее за подбородок, он осторожно потер его большим пальцем, потом провел рукой по щеке.
— Очевидно, — извиняющимся тоном сказала Фэй, — ей нужно было не кольцо.
— А что же? — спросил он.
С минуту она подумала, затем кивком указала туда, где Джек стоял совсем рядом с Рэйчел.