- Я жду.
Подняв на него мятежные карие глаза, она сказала, повергая Короля в шок:
- Я не могу сказать, где была. Пожалуйста, не спрашивай об этом. – и вздёрнула подбородок, давая понять, что настроена решительно.
- Что, прости? – до этой минуты Риган думал, что его мало чем можно удивить.
- Ты слышал. – тихо ответила девушка, глядя на него исподлобья.
- Не скажешь мне, где была? – подавшись вперёд, уточнил Король.
- Не скажу. – подтвердила она.
- Почему? – не мог не спросить Риган.
- Это...не моя тайна. – ответила девушка и посмотрела на мужчину с мольбой.
Риган откинулся на спинку кресла. Не стоило и говорить, что такой сценарий он не рассматривал. Вся его злость куда-то улетучилась. Осталась лишь смертельна усталость. От перенапряжения последних часов у него пульсировал висок. То, что она не хотела делиться с ним информацией сильно задело его. Без доверия у них ничего не выйдет. Потерев ладонями лицо, он снова посмотрел на девушку. Она была напряжена и, видимо, ожидала давления с его стороны. Или кто знает, что там ещё крутилось в её голове. Но ему не хотелось этого делать. Она должна прийти и рассказать обо всём сама. Он не станет распутывать клубки тайн в своей собственной спальне. На его плечах, итак, слишком большой груз.
- В таком случае, доброй ночи. – сказал Король.
Айа в замешательстве уставилась на него. Да, ты всё правильно поняла, думал он. Не задавая вопросов, она направилась к двери. «Наверное, радуется, что так легко отделалась». Прежде чем выйти, девушка обернулась и тихо сказала:
- Доброй ночи.
Риган не стал утруждаться с ответом. Она тихонько выскользнула из комнаты, оставив его в одиночестве. Помассировав пальцами виски, мужчина встал. Осушив ещё один бокал ларсы он тоже покинул комнату. Он не пошёл к Айе. Странно, они провели вместе всего несколько недель, а ощущение такое, словно так оно всегда и было. Он не притронется к девушке, пока она не расскажет ему, зачем избавилась от охраны и покинула дворец под покровом темноты. Рискуя своей жизнью. Это должно быть чем-то очень важным. Чем-то, о чём Риган должен знать, чтобы помочь и защитить. Поразмыслив немного, он направился в покои Брана. Там у него отличная тахта. Друг подскачил при его появлении и схватился за кинжал.
- Это я. – буркнул Король.
- Там полно свободных комнат. – проворчал Бран и швырнул ему одну из своих подушек.
Риган проигнорировал это замечание и рухнул на тахту, даже не потрудившись раздеться. Как только его хмельная голова каснулас мягкой подушки, он уснул.
22.
Айа лежала в кровати, свернувшись калачиком, и глотала слёзы, которые ручьями бежали по щекам. Просто какой-то водопад из слёз. В последнее время ей много было не нужно, чтобы пустить слезинку. Она была противна сама себе. Такая жалкая, словно болтающееся на ветру мокрое полотенце.
Вот уже неделя, как Риган ведёт себя так, словно они с ним старые приятели. Он безупречно учтив и внимателен, но избегает даже малейшего прикосновения. Она не знала, где он проводит ночи, но явно не с ней. Были дни, когда ей вовсе не удавалась с ним повидаться. Он больше не заводил разговор о её побеге, как и другие войны. Даже Мика, казалось, простил её.
Во время совместных обедов он, бывало, шутил и смеялся. Иногда даже вовлекал её в разговор. В такие моменты она чувствовала себя особенно несчастной, поскольку, вид улыбающегося, пышущего здоровьем Ригана заставлял её внутренности заворачиваться узлом. Айа была влюблена в него, до безумим. Жаждала его. Девушка пришла к мысли, что если бы к ней прикоснулся какой-то другой мужчина, её бы стошнило.
Её страдания, видимо, отразились не цвете лица, поскольку сегодня Риган спросил, хорошо ли она себя чувствует. Она, разумеется, не стала посвящать его в истинное положение вещей. Девушка догадывалась, что выбранная Риганом тактика поведения была напрямую связана с её побегом. Нужно было признать, что она работала. В голову уже закрадывались мысли пойти и во всём сознаться. Но она не могла так поступить с Энки. Она никогда не предаст его, даже ради собственного счастья. Она сможет поговорить с Королем не раньше, чем Ки покинет Ор и будет в безопасности. Тогда она расскажет, что её брат не кто иной, как Дагон. И пусть Риган решает, что с ней делать. Возможно, он велит её убираться из Дворца, или вообще из Ора. Почему Боги стремятся лишить её всего, что ей дорого? Чувствуя себя абсолютно несчастной, она утёрла слёзы и высморкалась в огромную ночную рубашку.