- Да уж. – подал голос Кили. – Если в Ханаане узнают, что мы прячем у себя Дагона...нам так поджарят пятки, что даже капсикейцы не помогут. Кстати, как он?
- Два дня был в бреду, сейчас лучше. Надеюсь в скором времени его допросить. – сообщил Король.
- Как Айа? – осторожно спросил Кили.
- Не хочет со мной говорить. – буркнул Риган.
Обычно жаловаться было не в его природе, но это вырвалось само собой.
- Может, тебе стоит извиниться? – тихо просил Бран.
- Что, прости? – с изумлением спросил Король.
- Я понимаю, что этого слова нет в твоём словаре, но всё же...- сказал Бран
- И за что, по-твоему, я должен извиниться?
- За то, что напугал и унизил её? – то ли спрашивая, то ли утверждая, ответил тот.
- Это она так сказала? – с подозрением спросил Риган.
- Куда уж там. Она мне и двух слов не сказала за всё это время. Смотрит с подозрением, будто ждёт ножа в спину.
Знакомая ситуация, подумал Риган.
Извиниться? Он в жизни ни перед кем не извинялся. Если ей нужны эти треклятые извинения, то, пожалуйста – зло подумал он и отшвырнул вилку. Боги, до встречи с ней он чётко знал, чего хочет от жизни. Знал, кем был. Теперь же целый день голова его забита тем, как вернуть расположение вероломной женщины и за это он еще собирается извиниться. Она скрутила его в бараний рог. Нужно будет передать своим сыновьям великую мудрость – берегитесь женщин, они крадут ваше сердце, пока вы спите, а потом съедают его на завтрак. Но, она его головная боль и больше ничья. Иногда, когда он видел восхищённые взгляды войнов, обращённые на его Нокке, начинал закипать. Риган нашёл этот бриллиант, и бриллиант ответил ему взаимностью. И у них скоро родится ребёнок, вот так! Риган считал себя довольно замкнутым человеком, но Айа дополняла его. Она чувствовала его правильно. Даже если закрыть глаза на весь это романтический бред, девушка поджигала его как факел одним лишь взглядом. Никогда он не хотел близости с женщиной так часто и так сильно. Что и говорить, просто треклятые звёзды сошлись.
- Ты допросил ханаанку? – обратился он к Брану.
- Да. Её зовут Старта. Утверждает, что является телохранителем Дагона. Она рассказала то же самое, что и Айа. Теперь я вспомнил, что это была она. В тот день в лавке. Сказала, что дальше будет говорить только с Айей. Не пытать же мне её. Может и правда им стоит встретиться?
- Я подумаю. – ответил Король.
Открылась дверь, и в трапезную вошёл Кристофф. Как всегда, молодой человек излучал концентрацию и рабочий настрой. Риган не в первый раз замечал, что чрезмерная аристократичность застит тому глаза. Этот юнец и на него смотрел бы свысока. Да только аристократичность Ригана такая незыблемая и древняя, что даже отсутствие должного воспитания не мешает её разглядеть. Сдержанно поприветствовав его войнов, молодой человек обратился к Королю:
- Ваше величество, через четверть часа у вас встреча с капсикейским послом, нам нужно ещё раз пробежаться по повестке.
Риган совсем позабыл об этой встрече. Взглянув на ситуацию свежим взглядом, он сказал:
- Бран, я хочу, чтобы ты тоже присутствовал. Кристофф, вызови генерала Набернадифа.
У него было как раз то бескомпромиссное настроение, которое позволит припереть этого жадного капсикейского шакала к стенке.
26.
Айа стояла у окна, сосредоточенно размышляя. Сидеть всё ещё было немного больно, поэтому она предпочитала избегать этого. После того, как Риган «наказал» её прошло уже четыре дня и, хоть она и восстановила физические силы, морально была истощена. Она ничего не знала о судьбе Энки и Старты, и от этого не находила себе места. В глубине души она всё еще верила, что Риган не причинит Энки зла. Если бы случилось иначе, это разбило бы её сердце навсегда.
В дверь тихо постучали. Айа уже знала — это пришёл Риган. Каким-то невероятным образом она всегда чувствовала его. Она не стала отвечать, и встречать посетителя тоже не стала. Девушка вообще старалась не смотреть на него в эти дни. Его вид сбивал её с толку и мешал лелеять чувство обиды и злости. Она не знала, чего хочет от него, извинений или ещё чего-то. Возможно, чтобы он оставил её в покое. Айа ещё не забыла, как злость кривила прекрасные черты его лица. Как в жилах стыла кровь от страха и беспомощности перед ним. Никогда больше она не сможет чувствовать себя здесь как раньше. Сейчас он стал для неё незнакомцем, как и его войны.
Продолжая смотреть в окно, боковым зрением она видела, как он остановился рядом. Девушку окутал знакомый терпкий запах. Она сложила руки на груди и сжала пальчики в кулаки, борясь с естественной реакцией своего предательского тела. За последние дни Айа поднаторела в игнорировании, поэтому сейчас её совершенно не коробил прожигающий дыру взгляд. Она готова хоть сейчас покинуть Дворец, мольбы о прощении он не дождётся. «Да ты сама в это не веришь» - нашёптывало подсознание.