— Грета...
— Да?
— Почему вы не убили меня?
— Какой милый вопрос... дай руку, не стой как истукан. Мне тоже хочется пройти по травке... Раз уж мы пристали сюда. Почему не убили? Но зачем?
— Это так похоже на тебя. Внутри ты сумрачна и холодна. Родгара не пожалела.
— Он сам этого хотел. Я же сказала: «Кто окажется сильнее, будет моим». И потом, он ведь все ещё жив.
— Не смейся. Когда ты смеёшься, мне слишком хочется смеяться в ответ.
— Так смейся. Это прекрасно.
— Не могу.
— Что ж, улыбаться ты хотя бы умеешь. Кривовато. Слишком горестно и грустно, на мой взгляд, для юноши твоих лет.
— Наши дороги расходятся?
— Представь себе, да. Ты думал, мы не отпустим тебя?
— Да.
— О-хо-хо! Не было заботы возиться ещё и с тобой, милый братец. Мне слишком многое вскоре предстоит, чтобы брать с собой молоденького малька, что будет путаться под ногами... Не обижайся. Это только ты такой доброхот. Верно, в детстве любил плюшевых медведей.
— Не обижаюсь.
— Вижу.
— Во всем этом есть нечто странное, Грет.
— Н-да?
— Чёрный. Кто он?
— Ха-а. Ты задаёшь слишком дерзкие вопросы. Откуда мне знать?
— Ты знаешь. Ты с ним уже давно.
— Да, знаю. Но не скажу.
— Я мог бы попробовать отблагодарить тебя, милая, чудесная Грета.
— Вот эта улыбка мне более по душе. Не зная тебя, можно решить, ты крутой парень, полный хитрости хват... Боюсь, милый братик, единственная ценная благодарность, какую ты сможешь мне дать, слишком сильно ослабит тебя. Сегодня хороший день. Будет ещё лучше, когда проснётся Родгар, — нынче я отпускаю его... мне не хочется омрачать этот праздник. Не хочется больше никого.
— Быть может, деньги способны оскорбить тебя, но многим они могут помочь.
— Кому это? Мне? Ты даже не знаешь, как это смешно... Сколько у тебя там?
— Десять тысяч фрагранов.
— Сколько? В твоей сумке все это время были десять тысяч императорских фрагранов, и ты молчал?!.
— Да, я молчал.
— Ну разумеется, молчал. Если бы ты обмолвился хоть словом, я бы не стала тебя спасать. Такие деньги нужны даже мне.
— Они твои. Кто Чёрный?
— Не стоит. Отдай мне их просто так. В знак расположения и дружбы. Тогда я поцелую тебя. Вернее, нет. Не стану целовать.
— Возьми. Пусть эти деньги пригодятся тебе, пусть принесут радость. Спасибо за все. Кто Чёрный?
— Пошёл ты.
— Я не могу.
— Можешь, если умеешь, умеешь, если хочешь, хочешь, если надо. Если не хочешь, не можешь, не умеешь, не надо — ночью выйди из дома и позови меня... Старая присказка... Я приду.
— Кто Чёрный?
— Это становится забавным.
— Грета, ведь я помог тебе.
— Ты-и?
— Я. Если бы он не был так напряжён, если бы я не начал тогда своих слов, если б он не был заполнен стремлением быстрее разгадать меня, желанием прибрать к рукам и одновременно опасением ошибиться и нарваться, ты не смогла бы так легко очаровать его. Я учился в университете на семи холмах. Я знаю о чармовой магии все, чему учат эрлов-детей. Если бы я вёл себя по-другому, если бы не удивил его чем-то настораживающим и внезапным, он был бы более спокоен, уравновешен. Более стоек. Он не стал бы драться с Родгаром. Не поддался бы тебе. Не уступил. И ты бы не смогла покинуть Дикие Земли так легко, потому что уйти от него беспричинно ты, кажется, не могла. Тебе пришлось бы остаться. Быть может, лишь на день-другой, быть может, ты ушла бы почти так же вольно. Но не сейчас. Не смотри на меня с удивлением. Я прав.
— Я удивляюсь не тому.
— Чему же?
— Мой братик показывает зубки. Знаешь, почему я пощадила тебя?
— Нет.
— Ты побледнел. Мужчины становятся такими забавными, когда им страшно... Ты мне понравился. Ты особенный. Не такой, как все. Не спрашивай, я не стану тебе отвечать.
— Я хотел спросить не то.
— Что же?
— Кто такой Чёрный?
— Зачем тебе?
— Я хочу знать. Мне нужно знать.
— Зачем, зачем?
— Твоя улыбка и твои гримасы могут свести с ума кого угодно, милостивая госпожа Грета Ланье. Я не могу отвечать на них.
— Ну хорошо. Зачем?
— Не может быть, чтобы мы встретились случайно. Последний отпрыск Ферэлли, одного из девяти сотен приближённых ко Двору родов. И тот, кто видел и знал моего отца шесть лет назад. Встретились там, в Диких Землях, куда меня занесла дикая выходка судьбы и где я трижды чудом остался жив. Я чувствую, Грета, я верю, я знаю, — таких совпадений не бывает, как не бывает и подобных чудес. Мир огромен. Мы встретились странно и расходимся навсегда. Но я не хочу терять свой единственный шанс понять произошедшее и приблизиться к грядущему, Грета! Госпожа Грета, милая, сияющая красавица, пойми же меня! Я не могу отпустить его так...