— ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ!!!
Я отодвинулся от стены, решив осмотреться. Так, непробиваемые каменные стены, толстенная тяжеленная дверь, запертая на засов, на полу охапка вонючей скользкой соломы, в которой так и кишат блохи и прочие паразиты, и два ведра по углам. И кто его знает, какое для чего предназначено. В общем, мы попались в ловушку. Угодили в лапы к работорговцу и теперь заперты в потайной темнице прекрасно охраняемого притона наркодельцов. А в соседней с нами камере сидят, во всей видимости, те, кого мы явились спасать!
Ну что ж, вот она, улыбка фортуны!
Рафферти мерил шагами нашу камеру.
— Нам нужен план бегства, — сказал он наконец, — иначе, черт возьми, придется слишком дорого заплатить за пребывание здесь.
Я поднял на Рафферти глаза:
— Я бы, например, и с чертом согласился связаться, если б он мог нас отсюда вызволить.
Фиц бросила на меня лучезарный взгляд:
— Ах, Борк! Я знала, что у тебя найдется отличный план!
— Правда? — Я удивленно хмыкнул, но старался держаться с достоинством. И тут мы услышали, как лязгнули засовы, и дверь распахнулась.
На пороге стоял Драк. Он возвышался над нами, точно сосна над муравейником, — полных шесть футов, а может, и больше! — и глаза его метали молнии. Он все еще посасывал укушенную Руфусом руку.
Вообще-то Драк был не слишком похож на человека; скорее, в нем смешалась разная кровь — людей, гоблинов и троллей. Но ведь хорошо известно, что эти народы друг друга терпеть не могут. И гоблины никогда не потерпят в своих рядах тролля. Или наоборот.
Впрочем, кто его знает? Тем более что за спиной у Драка виднелись и другие такие же здоровенные гоблиноиды, очень на него похожие.
— Эй ты, держи своего пса на привязи! — прорычал Драк, глядя на Тинвир и Руфуса. Но лис был поглощен охотой на паразитов и на Драка внимания не обращал никакого.
— Мистер Драк… — начал было Марли.
— А ну живо заткнись! — зарычал Драк, злобно зыркнув глазами в сторону гнома, а затем обведя взглядом каждого из нас. — Хватит бездельничать! Пора свое содержание отрабатывать. Мы вас просто так кормить не намерены! Хозяин — да и я тоже! — желает знать, каковы ваши настоящие имена и чем вы на жизнь зарабатываете.
— Меня зовут Марли. Я простой землекоп, — сказал Марли, победоносно на меня глянув.
Я лишь печально покачал головой, зная, что вскоре он о своих словах пожалеет.
— Землекоп, говоришь? — фыркнул Драк. — Ну что ж, у нас для тебя работенка найдется! — И он злобно посмотрел на меня: — А ты?
— Борк. Сапожник, — представился я кратко.
Один за другим мы назвали ему свои имена и профессии: Фиц, домашняя фея; Рафферти, буфетчик; Тинвир и Руфус, крысоловы.
Целый день я чинил их башмаки, ломая голову над тем, как же нам спастись. Но каждый раз для осуществления очередного пришедшего мне в голову плана требовались какие-то особые умения, которыми никто из нас не обладал. Некоторые же идеи сразу отметал я сам: они либо никуда не годились, либо для их осуществления потребовались бы долгие годы, либо воплощение подобной идеи в жизнь неизбежно привело бы к чьей-нибудь гибели. Эх, да что там говорить! Далеко не все мы годились даже для первого моего плана — с бродячими артистами!
Позднее, когда меня снова привели в камеру, там уже сидели Тинвир и Руфус, продолжавший все время чесаться. Это было, пожалуй, даже неплохо, ибо блохи и прочая дрянь полностью отвлекали внимание Руфуса от меня. Но лиса мне все-таки было жалко: он, по-моему, совсем запаршивел и явно страдал.
Не успели мы с Тинвир сказать друг другу и двух слов, как загремел засов, дверь распахнулась, и влетела Фиц. Не успев приземлиться, она сразу же устремилась ко мне и чмокнула меня в щеку.
И как только дверь закрылась, сообщила:
— Я там, наверху, с коврами поговорила! Они помогут осуществить твой план!
Мой план? Поговорила с коврами? Да эта крошка просто спятила! Видимо, гнетущее воздействие обстоятельств… Я вопросительно посмотрел на Тинвир. Но она с недоуменным выражением пожала плечами.
— Как ты провел день, дорогой? — тоном законной супруги осведомилась Фиц, заглядывая мне в лицо.
Я горестно вздохнул.
— В том, что касается подготовки к побегу, не слишком результативно. Правда, мне удалось стащить вот это… — И я вытащил из-под фартука сапожное шило.