— Так-то оно лучше, — проворчал довольный Нестор.
И задумчиво почесал живот. Он давно уже чувствовал запах свежеиспеченного овсяного печенья, и этот аромат звал его назад, в дом.
— Но завтрак прежде всего! — многозначительно заявил он. — А о собрании волшебников можно подумать и после.
— Неужели там соберутся волшебники со всего света? — спросила Дора.
— Да, а также из других мест, — кивнул Нестор. — Так что смотри в оба, девочка. И попридержи свой язычок. Учеников должно быть видно, но не слышно.
Завтракал он с явным удовольствием. И заметил, что, когда кончил есть, его тарелка и чашка сами убрались со стола. Дора с ним за стол не села; она позавтракала давно, вместе с Ренно.
Пора было собираться. Дора надела новый плащ, синий, как небо. Она так и сияла от восторга. И даже немного покружилась перед старым магом.
— Ты очень хорошенькая! — с чувством сказал Ренно.
— Не дури ей голову! — заметил Нестор. — Не то все мысли растеряет.
Дора засмеялась:
— Но, может, тогда у меня в голове будет больше места для новых заклинаний?
Нестор закашлялся, хотя кашель этот скорее напоминал сдавленный смех.
— Ладно, нам пора, — сказал он. — А ты, Ренно, присматривай пока за домом. Возьми меня за руку, детка…
Казалось, на них со всех сторон налетели молчавшие до сих пор ветры, раздувая плащи, трепля волосы. Стены дома словно растворились, и Дора с волшебником на несколько мгновений попали в некое странное белесое марево, а потом вдруг перед ними выросли мощные стены из старинного резного дуба, темные от копоти. Они стояли посреди красивого банкетного зала, и повсюду вокруг были волшебники в разноцветных плащах и с посохами.
— Нестор! — воскликнул маг с густой рыжей бородой. — Рад тебя видеть!
— Это Аннеш, — шепнул Доре Нестор. — А вот и Ровард!
Низенький лысый человечек, голова которого прямо-таки сияла в отблесках огня, весело ему подмигнул:
— Отличный получился денек! Спасибо тебе!
Волшебники вели оживленную беседу, а двое молодых магов, взлетев под самый потолок, развлекались тем, что, плавая в воздухе, кидали друг другу какие-то синие светящиеся шары. В дальнем углу высокий волшебник в зеленом плаще то и дело менял обличье: он то превращался в золотистого дракона, глаза которого сверкали красным огнем, то в белого крылатого коня с серебряной гривой, то в неведомого Доре и очень странного зверя с когтистыми лапами и зеленой шерстью.
Девочка во все глаза смотрела на подобные чудеса. Шум вокруг стоял такой, что она едва слышала собственный голос. На других учеников она поглядывала весьма застенчиво. Это были мальчики в темных плащах, и все гораздо выше нее ростом. Доре они казались мудрыми молодыми великанами, с таким достоинством выступали они следом за своими наставниками, кивая друг другу в знак приветствия и порой обмениваясь скупыми жестами. Не сразу и весьма неохотно Дора все же сбросила с головы капюшон, и ее рыжие волосы вспыхнули, точно огонь, горевший в большом камине.
Все разговоры разом смолкли. И волшебники, и ученики, и слуги дружно уставились на Дору, словно никогда прежде ничего подобного не видели.
— Эй, Нестор! Ты что же это? — громко спросил тот лысый волшебник, которого звали Ровард, и широко улыбнулся. — Ты никак девчонку в ученицы взял? Пошутить решил, да?
Нестор с достоинством выпрямился.
— Нет, я и не думал шутить. А, собственно, почему бы мне и не взять в ученицы девочку? Дора — малышка очень живая и сообразительная.
— Но ручки-то у нее какие крошечные! — заметил Ровард.
А рыжебородый Аннеш только головой покачал и, тряхнув бородой, предположил:
— Скоро, наверное, в ученики станут брать фелаков и сфинксов!
Все засмеялись. И тут, перекрывая общий смех, громко прозвучал чей-то мрачный голос:
— Ну что ж, седобородый, ты, я вижу, как был дураком, так им и остался. Вряд ли ты чувствовал, что вполне достоин присутствовать на нашем собрании. И, по-моему, тебе действительно следовало сейчас сидеть дома у камина!
В зале воцарилась мертвая тишина.
Нестор повернулся к тому, кто это сказал. Серые глаза старого волшебника от гнева отливали голубизной.
Перед ним стоял человек среднего роста с очень темными, почти черными волосами. Усы и козлиная бородка у него тоже были темные, а глаза — цвета льда. Его серый плащ с глубоким капюшоном был оторочен темным мехом.
— Это ты, Дальбет, — промолвил Нестор. — А я надеялся, что мы больше с тобой не встретимся.