А потом она выпила. Значит, всё это время лгала и ему.
А Рей не терпел лжи в «Кровавой Секире». Доверие было жизненно необходимо, когда сражаешься плечом к плечу. И не только на поле боя. Ради собственной безопасности он должен был знать всё о тех, кто держит путь рядом с ним.
А она всё это время ему врала.
Ты избавишься от неё уже к концу дня, напомнил он себе. Но если она была с ним нечестна до сих пор, как можно доверить ей сведения об Истре, когда их пути разойдутся? Что удержит её от того, чтобы проболтаться?
Эта мысль жгла его внутренности, словно кислота.
Они были уже почти у хребта Скалла. А от него до Квера всего несколько часов пути. И тогда он от неё избавится. Больше никаких отвлекающих разговоров из повозки. Больше не придётся наблюдать, как коряво она учится владеть ножом у Геклы. Всё снова встанет на свои места.
Больше никаких отвлекающих факторов.
Они молча продолжали путь ещё несколько часов, и чем ближе было море, тем выше поднимались деревья, и тем плотнее смыкались кроны.
— Я хочу поговорить, Взор Секиры, — сказала она.
Последний час она пила воду из бурдюка, грызла хлеб и, похоже, начала приходить в себя. Рей едва не застонал. Тишина была слишком хороша, чтобы длиться вечно.
Они приближались к развилке на Дороге Костей. По спине Рея пробежали мурашки. Птицы умолкли, воздух стал странно неподвижным. Он бросил взгляд через плечо, рука скользнула к кинжалу.
— Ты нуждался во мне куда больше, чем хотел признать, — сказала она, возвращая его внимание обратно. — У Краки не было книги, и всё же я добыла тебе информацию. Я показала, что мне можно доверять.
Рей чуть не поперхнулся:
— Доверять тебе?
— Я сдержала слово. Я доказала, что мне можно доверять, Взор Секиры. И теперь прошу — возьми меня в Копу.
У него свело живот.
— Нет.
— Но…
— Ты и правда сдержала слово, и я благодарен за это. Но в «Кровавой Секире» нет места для тебя.
— А как бы ты добыл информацию без меня? — голос её задрожал от негодования.
— Как-нибудь да справился бы, — выдавил Рей сквозь зубы.
— Как? — настаивала она.
— Краки солгал. Книга у него была. Я знал, что он не стал бы её уничтожать. И когда он вырубился от той самой бреннсы, что ты ему подлила, я вытащил её из-под половицы. — Рей потянулся к седельной сумке, извлёк оттуда книгу и помахал ею у неё перед носом.
— Я предпочитаю быть готовым, — продолжил он, чувствуя неожиданное желание поговорить. Может, ему просто нравилось щеголять своей победой у неё перед глазами. — Ты сдержала слово, но это не делает тебя честной женщиной.
— «Честной женщиной», что ты…
— Ты отпила, Солнышко. Ты лгала мне про Скарстад. Там вообще был хоть какой-то земельный спор?
Она фыркнула и скрестила руки на груди.
Рей не удержался:
— Что произошло? — настаивал он. — Скажи мне.
Её тело напряглось, но ответа не последовало. Впереди простирался хребет Скалла, и Рей направил Лошадь на Дорогу Костей. Слева от дороги лес тянулся к затянутому облаками небу, справа фьорды обрывались вниз к разбушевавшемуся морю. Над головой кричали чайки, волны гремели о подножие утёса. Но то странное ощущение, будто за ним наблюдают, не проходило. Он снова окинул взглядом дорогу, но никого не увидел.
Стиснув зубы, Рей процедил сквозь них:
— Я уже говорил. Лжецы не ездят с Кровавой Секир…
Кинжал возник из ниоткуда, настолько стремительно, что Рей едва успел стянуть с седла девушку и себя. Они рухнули на землю с такой силой, что щёлкнули зубы.
Но боевые инстинкты сработали быстрее мысли. Не успев как следует вдохнуть, он уже встал на колено и снял щит с крюка на седле, обнажая меч.
— Что… — начала было девушка, но, к счастью, мгновенно опомнилась и выхватила кинжал.
— Возьми мой ручной топор, — пробормотал Рей, рассматривая дорогу над спиной Лошади. — Беги в лес и спрячься. — Он почувствовал, как она вытащила топор из петли на его боевом поясе и услышал, как её шаги скрылись в чаще позади.
Хвала гребанным богам, подумал он. Всё же умеет слушать.
— Чего ты хочешь? — крикнул он, поднимая щит и шлёпая Лошадь по крупу, чтобы она убежала от опасности. — Покажись как подобает честному воину!
В ответ лишь размазанное пятно рыжих волос и бурых мехов, блеск стали. Фигура с глухим ударом врезалась в его щит. Рей с рычанием оттолкнул нападавшего, поднял меч и вонзил его из-под щита. Но фигура увернулась с такой лёгкостью, будто предугадала его выпад.
Это была женщина, понял он. Не особенно крупная, но и не маленькая. Её пламенно-рыжие волосы были заплетены в косы по бокам, а на теле сверкала кольчуга из серебристой стали, которая явно стоила целое состояние. Поверх доспехов была наброшена роскошная волчья шкура. Но когда Рей встретился с её голубыми глазами, пылающими убийственной яростью, он судорожно пытался вспомнить, где видел её раньше.