— Будь осторожен, — прошептала она.
Он посмотрел на нее, взгляд был строгий, решительный, бесстрашный. Он наклонился к ней, приподняв её лицо за подбородок и поцеловал.
— И ты тоже, — сказал он тихо.
Её грудь сжалась, но звук расколовшегося дерева отвлёк её внимание.
— Иди, — шепнула она. — Ты должен идти.
На стене палатки затрепетал свет от костра, затем его заслонили чьи-то тени. По лагерю разнеслись крики отряда «Кровавой Секиры».
— Держать строй! — проревел Рей за тканью палатки. — Щиты вверх, копья наготове!
Гулкое лязганье металла по дереву наполнило воздух. Джонас выругался, возясь с пряжками доспехов.
— Джонас! — заорал Илиас. — Где ты? В какой заднице мира ты застрял?! Твоё копьё у меня, ты, тупая кунта!
— Здесь! — откликнулся Джонас, застёгивая боевой пояс и выскакивая из палатки. — Уже иду!
Порыв прохладного ветра вывел Силлу из оцепенения, и она натянула нижнее платье. Отвратительный щелкающий звук заставил её замереть.
— Что это? — прошептала она.
— Бейте по брюху! — заорал Рей. — Избегайте клыков! Не разбредайтесь!
Клыков?
Клыков?!
Пронзительный визг наполнил воздух, волосы на затылке встали дыбом, будто шерсть напуганной кошки. Покачав головой, она нашла свое платье и натянула его, нащупала кинжал и дрожащими пальцами вытащила его из ножен.
— Где Силла? — донёсся голос Геклы, и у Силлы внутри всё сжалось.
— Здесь! — крикнула она. — В палатке.
— Оставайся там! — рявкнул Рей. — Не высовывайся. Только помешаешь.
Ещё один визг, теперь уже громче, будто существо прорвалось на поляну. Илиас взревел, а Гекла закричала; воздух наполнился звуками битвы — рычанием, царапаньем и пронзительными криками того, что напало на «Кровавую Секиру».
Напряжение в ее теле ощущалось еще сильнее, сердце грохотало в ушах.
Именно тогда она увидела это — вспышку белого света. Сначала Силла подумала, что он исходит от существ снаружи палатки. Но с медленно нарастающим ужасом она поняла, что свет исходил вовсе не с улицы.
Он лился из неё.
Силла чувствовала себя так, словно находилась вне своего тела, глядя на растрепанную девушку, из предплечий которой струился — струился! — чистый, белый свет.
— Что за вечное пламя… — прошептала она, кинжал выскользнул из рук. Звуки битвы снаружи палатки стали приглушенными, ее мир сосредоточился на этой штуке, на этом чудесном, но убийственном белом свете.
Это было невозможно, и все же вот она, смотрит на это своими глазами.
Она прикоснулась к коже — и вздрогнула от прохлады. Что это за магия? Это гальдра в её венах?
Слова всплыли в памяти:
Она потом утверждала, что я «выпустила свет из ладоней».
— Нет, — прошептала Силла. Ледяное осознание пронзило её позвоночник.
Листья. Они перестали действовать.
Побочные эффекты — блокировка кьярны, предотвращает прайминг.
Силла не поняла этого предложения — размышляла над ним снова и снова. Но теперь, глядя на свои руки, ее потрясло понимание.
Что бы ни означали эти слова, они имели отношение к магии. Листья подавляли ее магию.
Силла была Гальдрой.
И все начало становиться на свои места: признание ее матери; вспышка света; как Силла и ее отец бежали от Клитенаров. Листья. Разум Силлы походил на чашу, наполненную до предела и начинающую переливаться через край. Глядя на свет, пульсирующий в ее венах, она ничего не понимала, кроме того, что это означало неприятности.
Большие неприятности.
— В атаку! — рявкнул Рей, и свет костра погас.
Силла вырвалась из оцепенения. За пределами палатки творился хаос: насекомоподобный стрёкот, визг, снова визг, яростный крик Геклы, грохот сталкивающихся щитов и постоянные команды Рея. Она сделала глубокий вдох, потянулась за кинжалом.
— ПАЛАТКА! — было ее единственным предупреждением. Силла напряглась, ее хватка на кинжале усилилась.
А затем крыша палатки рухнула, и массивная фигура повалила ее на спину. Железные перекладины гнулись, как ветки; ткань порвалась, как пергамент, и холодный ночной воздух окутал ее. Свет из ее обнаженных предплечий лился вверх, попадая на блестящие ряды острых как кинжалы клыков, каждый из которых, был размером с её ступню. Существо завизжало, его прогорклое дыхание пахло мертвечиной и гнилью, а зубы клацнули в нескольких дюймах от ее лица.
Шевелись! — пронеслось в голове. Она перекатилась на живот и поползла по полу палатки. Стены рухнули, и ползти по толстой шерстяной ткани было неудобно. Шею закололо от предчувствия опасности, и Силла перекатилась на спину — как раз вовремя: чудовище ударило в то место, где она только что лежала.