Наконец, она вышла из реки, отжимая мокрые кудри. Джонас подобрал свой плащ и расправил его, предлагая ей. Она не смотрела ему в глаза, лишь шагнула внутрь тёплой ткани, вся покрытая мурашками от холода. Обернув её, Джонас услышал, как стучат её зубы.
— Всё в порядке? — спросил он тихо, притянув её в объятия.
Она кивнула:
— Я не могла… Я не могла сидеть в этом. В этой грязи. Я чувствовала на себе мёртвых.
— Кто-нибудь коснулся тебя? — спросил он глухо. — Кто-нибудь тебя тронул?
— Нет, — поспешно ответила она. — Нет.
Джонас старался сохранять терпение, хотя никогда не отличался сдержанностью.
— Мне развести огонь? В повозке есть огниво, но…
— Нет, — прервала она. — Дым. Мы не можем привлекать внимание.
Она повернулась в его объятиях, прижимая плащ к голому телу, и посмотрела ему в лицо. Капли воды блестели на её ресницах, мокрые кудри падали через плечо. Она была одновременно и прекрасна, и разбита, и беззащитна, от чего ему захотелось воткнуть клинок в любого, кто причинил ей боль.
— Спасибо, что увёз меня оттуда, Джонас, — прошептала она.
Тысяча вопросов теснилась у него на языке, хотелось закричать, выкрикнуть их все разом. Джонас стиснул зубы, сдерживая себя, он ждал, пока она объяснит.
Плечи Силлы дрогнули от тяжёлого вдоха, и она уставилась ему в подбородок:
— Думаю, я гальдра, — произнесла она.
Этого было совершенно недостаточно.
— Думаешь? Думаешь, ты гальдра? По-моему, это стало очевидно, когда твои руки засветились, как полярное сияние, Силла.
Вздрогнув, она высунула из складок плаща руку.
Джонас взял её ладонь, перевернул, осмотрел предплечья. Кожа снова была бледной и тусклой.
— Куда делся свет?
— Он так делает, — тихо ответила она, осторожно изучая его пристальным взглядом. От этого в его груди сжалось. Он не хотел, чтобы она смотрела на него так, будто не знала, можно ли ему верить. Он же спас её, увёз из города. Почему же она всё ещё колеблется?
— Что ты имеешь в виду? — спросил он, стараясь смягчить голос.
— Свет появляется в самые неподходящие моменты, а потом исчезает без предупреждения, — сказала Силла. — Я не понимаю как это работает.
— Ты смотрела мне в глаза и говорила, что у тебя нет магии, Силла. — Джонас сжал кулаки. Она солгала тебе. Это неуважение. Но он отогнал эти мысли.
— Я не знала! Эти… листья, Джонас. Я перестала принимать их, и руки начали… светиться.
— Листья? — повторил он, его взгляд скользнул к ключицам, где покоился его талисман. Но второй подвески… почему он не заметил это раньше? — Где твой флакон?
Она прикусила губу:
— Я отдала его Рею.
— Что? — голос Джонаса сорвался.
Силла резко выдохнула:
— Я… я отдала его Рею. Попросила его приглядеть за ним.
Её слова ударили по нему, будто кулаком в живот. Рей. Она доверила его Рею. Секреты сыпались один за другим, и Джонас не успевал их обрабатывать. Она играет с тобой как с дураком.
— Почему? Почему ты отдала флакон Рею?
Силла сжала губы, будто не хотела отвечать. Почему? Он же открылся ей, поделился с ней своим постыдным прошлым. Она была обязана сказать ему правду.
— Мне нужно было отдохнуть от листьев, я слишком часто принимала их. Слишком много. И они начали затуманивать разум, Джонас. Они вредили мне. — Она остановилась, словно обдумывая свои слова. — Рей знал о них больше, чем я, и я подумала… что он поможет мне.
Новая догадка обожгла разум:
— Когда ты была больна… это было из-за листьев, так?
Она неуверенно кивнула.
— Почему ты не попросила меня о помощи?
Потому что она играет с тобой, подумал он. Делает из тебя дурака.
Силла сглотнула.
— Рей знал, как с ними обращаться…
— Ты должна была прийти ко мне, Кудрявая, — произнёс он, с трудом обуздывая бешено колотящееся сердце.
Она всё ещё хороший человек, пытался убедить себя Джонас. Она по-прежнему добрая. Просто… не честная.
— Но… я думала, ты не хочешь от меня ничего, кроме отвлечения, Джонас, — прошептала она. — Ты не хотел слушать о той неразберихе, что оставил после себя мой отец. А это… это было то, чего я стыжусь. — Она запнулась. — Наверное, я просто не хотела, чтобы между нами что-то изменилось. Не хотела, чтобы ты начал смотреть на меня иначе.
— Но ему ты доверилась.
— Прости, Джонас, я этого не планировала…
Рей помог ей отказаться от листьев. Она — гальдра. За ней гоняются орды Клитенаров. Рыжеволосая воительница преследовала её средь бела дня. Джонас начал сомневаться во всём, что знал о ней. Её вообще зовут Силла? Из Скарстада ли она на самом деле?