— Да, у меня на этом пути было немало дел, — пробормотал Магнус, выдернув Джонаса из мыслей. — Думаю, вы слышали о проклятой ситуации в берсеркиумных шахтах?
Рей снова сцепил пальцы.
— Доходили слухи. Всё так плохо?
— Двое мастеров убиты, главный вал шахты разрушен. Годовой запас берсеркиума уничтожен. Придётся договариваться об импорте из Норваланда или другой колонии Урка, — Магнус сделал глубокую затяжку из трубки, медленно выпустив дым. — Король будет не в восторге от новостей. И это еще не говоря об этом… Слоутрари.
— Слоутрари? — переспросил Джонас. — Мясник?
Магнус запрокинул голову, устремив взгляд на потолок.
— Убийца, охотящийся в этих краях, — пояснил Магнус, и на его бледном виске дернулась вена. — Он сжигает своих жертв изнутри. Это нечто неестественное. Между нами говоря, мы полагаем, что он может быть Гальдра.
Магнус сделал паузу, затем продолжил:
— Но вернёмся к делу. У Ивара Железносердого к вам задание, которое требует ваших умений. — Его взгляд снова уткнулся в деревянный потолок. — На севере, в Истре, жалком поселении на границе земель Вестура и Нордура, происходят тревожные события. Всё началось с пропажи скота. То овца, то корова. Ничего необычного, если бы не кровь, оставшаяся на животных, которые не исчезли. К сожалению, вскоре после этого начали исчезать и сами фермеры. Есть следы насилия и борьбы. Кровь на стенах, комнаты разнесены в дребезги. На полу следы когтей, будто их тащили.
Рейнир и Джонас обменялись взглядами. Это обещало быть куда интереснее, чем сбежавшая дочь ярла.
— Мы получили сообщение из Истре, но до сих пор не понимаем, что именно происходит. Местные утверждают, что это был густой белый туман. — Магнус потер переносицу.
— Туман? — переспросил Рей.
Магнус вздохнул.
— О, есть кое-что ещё. Говорят, этот туман звучит, как бьющееся сердце.
Брови Джонаса сошлись на переносице.
— Фермеры утверждают, что пульсация тумана усиливается, — продолжил Магнус, — становясь всё громче и громче. А потом внезапно стихает, оставляя за собой только кровь и исчезновение людей.
— Но это же должна быть какая-то тварь, — сказал Джонас.
— Никто из живущих никого не видел, — ответил Магнус. — Но я согласен, что так и должно быть. Вы слышали о подобном?
— Нет, — коротко бросил Рей, и в комнате воцарилась тишина.
— Может, это гримвольфы? — предположил Джонас. — Когти…
— У шкунгаров действительно внушительные когти, — задумчиво произнёс Рей. — Лесные странники, — добавил он для пояснения Магнусу. — Но они миролюбивы, если их не трогать. Возможно, местные их разозлили? Зашли в священные рощи или срубили дерево хьярта?
Магнус пожал плечами:
— Не могу сказать.
Рей откинулся в кресле.
— Этот туман действительно загадочен. Сердцебиение… Звучит, как нечто древнее.
Магнус затянулся трубкой, выпуская дым.
— Несколько недель назад мы отправили батальон Клитенаров из Копы на помощь. — Его голос стих, уголки губ опустились. — Но произошёл инцидент. Тела Клитенаров нашли на центральной площади Истре. Они были привязаны к столбам Урсира странными лозами. У всех было пробито сердце, но не мечом или кинжалом, а чем-то более широким и округлым. Вокруг тел кровью был написан один и тот же символ — Солнечный Крест. — Челюсть Магнуса напряглась. — Король Ивар в ярости и требует немедленных действий.
— Это не дело рук мятежников? — спросил Рей, почесав бороду. — Они могли бы таким образом насмехаться над королём, используя символ рода Вольсик.
Магнус покачал головой:
— Сложно сказать. Наши наблюдатели утверждают, что в это время мятежников не было поблизости.
Рей ненадолго задумался, уставившись в потолок.
— Похоже, здесь замешаны две разные стороны.
— И жертвы совершенно разные, — добавил Джонас. — Уверены, что это одни и те же нападающие?
Магнус снова затянулся трубкой, выпуская струю дыма.
— Нет. Этого мы не знаем. Может и так. Информация которой мы обладаем ненадёжна. Вы знаете северян… летом они пьянствуют на солнце, зимой сходят с ума в своих хижинах. Их суеверия мешают отличить правду от вымысла.
Джонас понимал, почему Магнус обратился именно к ним. Рей и «Кровавая Секира» прославились своей способностью справляться с самыми упрямыми созданиями.