Краем глаза она заметила, как Джонас копает яму для костра. Силла мысленно выругалась, стараясь не смотреть в его сторону.
Можешь взять свои проклятые соласы и засунуть их туда, куда солнце не светит.
Но ее глупые глаза все же проследили за тем, как напрягаются его плечи, пока он укладывал хворост и лишайник, как ткань брюк натянулась на бедрах, когда он склонился чтобы раздувать пламя. Проклятье, эта красота потрачена впустую на человека с таким характером.
К счастью, Илиас и Гуннар закончили растягивать шерстяное полотно между копьями и присоединились к Джонасу, начав игру в кости и скрыв его из виду. Голоса вперемешку с грохотом костей сливались с потрескиванием костра, и по кругу пошла фляга.
Рей подошел к ним, указав на Силлу.
— Это еще что такое?
— Она предложила помощь, Рей, — сказал Гуннар. — Было бы неплохо попробовать хоть что-то… новое.
— И вы все готовы доверить ей свои жизни? Посторонней?
Силла молча наблюдала, как остальные только усмехнулись Рею. Но здоровяка это не успокоило.
— Мы не можем ей доверять. Она может отравить нас.
— Зачем мне вас травить? — спросила Силла. — Вы нужны мне, чтобы добраться до Копы.
— До Квера, — прорычал Рей. — Мы не везем тебя в Копу.
Посмотрим, подумала Силла, но лицо ее оставалось спокойным. Она просто кивнула Рею.
— В этом есть смысл, Взор Секиры, — вставил Илиас, отпивая из фляги. — Она зависит от нас. Зачем ей нас травить?
Рей хмуро посмотрел на него, но больше ничего не сказал. Возможно, он тоже не был против чего-то более съедобного, чем готовка Сигрун.
На ужин Силла приготовила тушеного кролика. Это было привычное дело и блюдо, которое она готовила сотни раз в жизни. Дополнив скудные припасы из ящика глотком бреннсы и несколькими веточками арктического тимьяна, который она заметила на краю лагеря, она вскоре почувствовала, как воздух наполнился насыщенным ароматом. Воины из «Кровавой секиры» начали бросать на нее любопытные взгляды.
Когда еда была готова, Силла разлила порции по мискам и раздала их. Вокруг костра воцарилась тишина, нарушаемая лишь чавканьем и звуком ложек, скребущих по дереву. Силла наблюдала с нетерпением, довольная тем, с каким аппетитом ели воины. В отличие от свиты ярла Гуннеля, эти люди не пытались скрыть свою признательность. Они даже просили добавки — а Рей взял себе третью порцию.
— Лучшая еда за последние недели, — счастливо протянула Гекла. — Без обид, Сигги.
Остальные согласно закивали, пробормотав слова одобрения.
— Эта девчонка совершила чудо, — с улыбкой добавил Гуннар. — Илиас даже съел свои овощи.
— Заткнись, Огненный Кулак, — проворчал Илиас.
Сигрун сделала несколько быстрых жестов руками.
— Она говорит, что ты можешь взять на себя готовку, — перевела Гекла с насмешливой улыбкой. — Она бы гораздо охотнее потратила это время на охоту.
Сердце Силлы забилось быстрее. Возможно, ее кулинария убедит их. Разве воины, как никто другой, не ценят хорошую еду?
— Как показать жестами «с радостью»? — спросила она, игнорируя тяжелый «взор секиры».
Сигрун показала несколько медленных движений, которые Силла попыталась повторить.
Стараясь сдержать улыбку, она собрала миски, и Гуннар тут же принес ведро с водой, чтобы она могла их вымыть. Когда последний деревянный сосуд оказался на месте, рядом с ней появилась Гекла.
— Тебе нужно умыться? Я иду к ручью, — сказала она, кивнув в сторону опушки.
Ухватившись за эту возможность, Силла поспешно поднялась, схватила мешок и последовала за Геклой вниз по склону к небольшому течению.
Гекла без особых усилий раздвинула левой рукой переднюю часть своей странной чешуйчатой куртки, даже не касаясь застежек и пряжек. Силла задумалась, каким образом та держалась в течение дня. Скинув куртку, Гекла стянула тунику одной рукой, затем приспустила брюки.
Оставшись в нижнем белье, она повернула протез, и тот с мягким щелчком отсоединился чуть выше локтя правой руки. Она осторожно положила его на траву и шагнула в воду, плеская ее себе на кожу и довольно вздыхая, потирая область под протезом, где металлический шарнир поблескивал в свете заката.
Силла, стянув свои многослойные платья, вошла в поток следом. Она ожидала, что вода будет холодной, но не настолько, чтобы перехватить дыхание. При первом же шаге в ледяную воду из ее горла вырвался сдавленный стон.
Гекла усмехнулась.
— Со временем привыкаешь.
— Скорее, это бодрит, — простонала Силла, торопясь как можно быстрее смыть с себя дорожную пыль. Там, где вода касалась ее кожи, та мгновенно розовела.