Спустя пару минут Гекла промыла протез в ручье, удаляя с него грязь, затем снова прикрепила его к металлическому механизму на остатке руки. Силла никогда не видела ничего подобного. Протез был тонким, с гладкими черными линиями, пересекавшими всю поверхность от локтевого соединения до самых кончиков пальцев. Хотя он двигался не так плавно, как живая рука, по форме он был удивительно похож.
— Вода его не испортит? — спросила Силла, кивая на протез.
— Никакой ржавчины, — с гордостью сказала Гекла.
Она вытянула протезированную руку и нажала на кнопку на внутренней стороне запястья. С мягким щелчком из костяшек пальцев выдвинулись серебряные когти. Еще одно нажатие — и они плавно втянулись обратно.
— Это невероятно, — пробормотала Силла.
Она опустилась на колени у края ручья и начала смывать грязь с волос. Выпрямившись, достала из сумки гребень и принялась аккуратно распутывать спутанные пряди.
Гекла уже оделась и теперь стирала в потоке оставшуюся одежду. Не желая снова надевать грязное платье, Силла достала из сумки другое — то самое, из усадьбы ярла Гуннеля. В Рейкфьорде у нее была возможность его выстирать, и приятно было вновь надеть что-то чистое.
Присоединившись к Гекле, Силла окунула свои вещи в ледяную воду, энергично их потерла, затем выжала. Когда они обе встали, Гекла скользнула взглядом по ее шее, и ее янтарные глаза на мгновение потемнели.
— Ты от кого-то бежишь, дулла? — тихо спросила она. — От мужчины? От мужа? — Силла прикусила губу, обдумывая ответ. Но Гекла, похоже, восприняла ее молчание как подтверждение. — Он сделал это с тобой? — указала она на синяки на шее.
Силла кивнула. За годы она поняла, что люди видят то, что хотят видеть, и проще было подыгрывать их догадкам, чем придумывать собственные лживые истории. И все же, почему-то внутри кольнуло неприятное чувство.
— В пекло этого злобного кунту, Катрин, — процедила Гекла. — Надеюсь, ты хорошенько врезала этой гнили в ответ. Ты поступила правильно, сбежав от такого человека. — Гекла подняла протезированную руку. — Дар моего дрянного мужа. Вернее, бывшего мужа, — поправила она, и в ее глазах мелькнуло мрачное торжество.
У Силлы пересохло в горле.
— О-он сделал это с тобой?
— Да. Он был подлым, ничтожным человеком и свою злобу вымещал на мне. Это было задолго до того, как я стала воином. Я была молода. Думала… что он изменится. Что я смогу ему помочь. Но это была ложь, и он не изменился. Когда, наконец, я нашла в себе смелость уйти, он нашел меня. Взял топор. Я пыталась сопротивляться, пыталась защититься, но…
Силла ахнула, губы ее приоткрылись.
— О, не беспокойся, дулла, — фыркнула Гекла. Это был резкий, почти безумный звук. — Все долги уплачены сполна.
— Ты… он мертв?
— О да. Очень даже мертв.
Силла молча оделась, обдумывая услышанное.
Голос Геклы прервал ее размышления.
— Конечно, я бы предпочла иметь обе руки, не учиться заново делать все левой, не проходить через десятки бесполезных протезов, пока не нашла подходящий. Но теперь я вижу, что, в каком-то смысле, это было благословением, скрытым под личиной беды.
— Что?
— Да. После того, как это случилось, я поняла: однажды все мы умрем. А я потратила слишком много лет на этого человека… этого жалкого труса. Тогда я решила, что буду жить так, как хочу. Учиться сражаться, путешествовать, увидеть весь мир. Я хочу жить свободно, жить полной жизнью, пока мое сердце еще бьется. — Гекла сделала паузу и посмотрела на Силлу. — И ты тоже свободна, дулла.
— Да, — прошептала Силла, ощущая неприятную тяжесть в животе.
Эта ложь казалась неправильной. Ей стоило придумать что-то другое. Гекла казалась ей чудесным человеком, возможно, даже союзницей… но теперь Силла боялась, что все испортила.
Они вернулись к костру, развесив влажную одежду на веревке между повозкой и веткой можжевельника. Усевшись у огня, Силла перебросила волосы через плечо, чтобы они быстрее высохли под теплом пламени. Чистая одежда, теплый ужин, горячий костер и, самое главное, она больше не в бегах. Ее раны заживали. Вокруг нее — закаленные воины. Впервые за несколько дней она почувствовала себя в безопасности.
Но стоило Рею произнести несколько простых слов, как весь этот хрупкий покой рухнул.
— Катрин, — его голос был низким, задумчивым, — слышала ли ты о телах, найденных на дороге возле Скарстада несколько дней назад?
Взгляд Силлы метнулся к Рею, и она сглотнула, увидев выражение его лица. В глазах его читалось безразличие, но под этим скрывалось что-то другое. Что-то опасное.