На земле осталось две глубокие колеи, как от колес тяжело груженой повозки. Она определенно стояла здесь. И когда взгляд Скраеды зацепился за лоскут красной ткани, сердце ее замерло.
Квадратный кусок красной шерсти, возможно, оторванный с чьей-то одежды, когда тот прятался под повозкой. Она шагнула ближе, и что-то сверкнуло в утреннем свете. Подняв находку, Скраеда разжала пальцы. Прядь длинных, вьющихся каштановых волос.
Улыбка скользнула по ее губам, усталость моментально улетучилась, уступив место предвкушению.
— Ты не так уж далеко ушла, девочка, — произнесла она вслух. — И теперь я знаю. Ты едешь в повозке. И ты нашла себе спутников.
Г
ЛАВА 19
Силла осознала, что в принятии важного решения есть уверенная сила. Она проснулась с ощущением уверенности, как будто решение остаться с «Кровавой Секирой» изменило что-то внутри нее. Вчерашнее нападение «Железных Воронов» могло выбить ее из колеи, но вместо этого оно закалило ее решимость. Теперь она знала, что найдет способ убедить «Кровавую Секиру» взять ее с собой в Копу. А то чувство внутри, тот зов, который она ощущала с детства, подсказывал: она прошла некое испытание.
Добравшись до ручья на краю лагеря, Силла опустилась на колени в мягкий ковер мха и плеснула в лицо ледяной воды. Затем закатала рукав и осмотрела запястье. Оно все еще было красным и припухшим, но боль превратилась в тупую пульсацию. Она попробовала сжать ладонь в кулак, затем расслабила мышцы.
На другом берегу ее внимание привлекло маленькое существо — похожее на мышь, но покрытое тонкими иголками. Оно юркнуло в заросли папоротника и исчезло среди деревьев. В этот момент Силлу накрыло осознание: она зашла дальше на север, чем когда-либо прежде. Перед ней открывался новый, неизведанный мир, полный странных, неизвестных существ. Может быть, этот игольчатый грызун — знак богов? Напоминание о том, что даже самые маленькие создания способны выжить в суровых условиях.
— Скарплинг, — справа послышался голос Геклы. — Они пугливы, но живучи. Обычны в этих краях и еще больше встречаются в пустошах Высокогорья.
Впервые с той ночи, когда выяснилось вранье Силлы, они были наедине. Силла сглотнула, а затем заговорила, от души:
— Гекла, я знаю, что уже говорила это, но повторю снова. Мне жаль, что я позволила тебе подумать, будто мой муж бил меня. Я просто… подыграла твоему предположению. И мне стыдно. Я бы хотела взять эти слова обратно.
Гекла смотрела на нее долгим, пристальным взглядом, затем опустилась на колени и начала снимать протез.
Силла попыталась еще раз.
— Мне кажется, что мой язык проклят. Он говорит прежде, чем я успеваю осмыслить слова, и запинается, когда мне действительно нужно что-то сказать.
Гекла усмехнулась.
— Илиас, пожалуй, страдает той же хворью. — На мгновение она замолчала, потом добавила. — Ты признаешь свою ошибку, и за это я прощаю тебя. Но будь осторожна. Не повторяй этого снова. — Гекла обмакнула пальцы в воду, затем осторожно провела рукой по коже вокруг металлического сустава. По выражению ее лица было видно — прохладная вода приносит облегчение воспаленной коже. — И еще. Мы должны научить тебя защищаться. Меня тревожит, что ты этого не умеешь.
Силла села рядом на траву, откинувшись на локти.
— Отец пытался научить меня, но я была отвратительной ученицей. Я… я просто ненавижу насилие. Сама мысль о том, чтобы причинить кому-то вред, вызывает у меня тошноту.
— Не обязательно быть воином, — сказала Гекла, плеснув воды на лицо одной рукой, — но если ты не умеешь защищаться, ты отдаешь власть над своей жизнью врагам. Ты позволяешь другим решать твою судьбу.
Силла долго молчала.
— Ты права. Я привыкла полагаться на других в вопросах своей безопасности. Если я хочу выжить без отца, я должна этому научиться.
Гекла с улыбкой опустилась на пятки.
— Я могу научить тебя работать с ножом. И когда ты окажешься одна, ты будешь лучше подготовлена. — На мгновение ее улыбка угасла.
Силла задумалась, вспомнив, как Гекла двигалась в бою.
— Я видела, как ты сражалась… пока лежала под повозкой, — сказала Силла — Ты потрясающая. По-настоящему удивительная.
— Благодарю тебя, дулла. Это был долгий путь. Мне пришлось заново учиться почти всему — от того, как одеваться, до того, как взбираться на лошадь. Признаюсь, временами было нелегко. Но у меня была мотивация. Жажда мести творит чудеса с амбициями.
— Месть… бывшему мужу?