— Ты солгал насчет Хока! — закричала я. — Скрыл от нас обоих то, что я изначально подозревала!
— Да, я солгал, но только чтобы защитить вас обоих. И я планировал в ближайшее время рассказать Хоку.
— Ты должен был рассказать мне! Ты должен был быть моим избранным…
— Я и есть твой избранный.
Я сердито посмотрела на него.
— Ты снова обращаешься со мной, будто я ниже тебя и не могу справиться с правдой. Но я могу.
— Знаю, что можешь.
— Тогда зачем все скрываешь?
— Потому что не могу рисковать и делать то, что может тебя уничтожить! Если бы я рассказал о возможности превращения в демона, то ты бы согласилась, не давая мне шанса отказаться от затеи из-за возможных последствий. Я мечтаю о наших детях, таких же красивых и гордых, как их мать. Мечтаю о вечности с тобой, но это не осуществимо.
Мой гнев обратился в пыль от боли, прятавшейся за его признанием.
— Я тоже очень сильно хочу этого, — прошептала я.
Мои руки упали с его груди. Искры исчезли. Кобаль запустил пальцы в мои волосы и притянул ближе к своему лицу, завладев моим ртом в отчаянном поцелуе.
Второй рукой он обнял меня за талию и прижал к своему твердому телу. От настойчивых, собственнических ласк его языка у меня перехватило дыхание и закружилась голова. Я впилась пальцами в его широкие плечи, ища хоть какую-то стабильность в мире, охваченном страстью, которую Кобаль так легко разжигал во мне.
Мне следовало оттолкнуть его, чтобы продолжить разговор. Но вместо этого я притянула Кобаля еще ближе. Я так хотела почувствовать и растворить в нем, чтобы не понимать, где заканчивалась я и начинался он.
Прижав меня к стене, Кобаль втиснулся бедром между моих ног. Когда его руки схватили нижнюю часть моей рубашки, я хотела отстраниться и попросить не рвать мою одежду, так как не могла ходить по Аду голой, но он прервал поцелуй и стянул рубашку через мою голову так быстро, что я едва заметила движение.
Кобаль посмотрел на мою грудь, упиваясь зрелищем, как голодающий в буфете, и провел пальцем по краю моего простого белого лифчика, а также следу от укуса, который он оставил на сегодня утром. Неужели это действительно было сегодня? Или все же вчера? Я совершенно потеряла счет времени. Впрочем, сейчас меня интересовало лишь одно. Я, затаив дыхание, наблюдала, как голод и печаль отражаются на его прекрасном лице.
— Никогда не сомневайся в моей любви, Ривер. Ты начинала как возможный ключ к концу войны, но закончила моей избранной. Я предпочту тебя всему остальному, даже своей собственной жизни.
Я затаила дыхание и прикусила нижнюю губу, когда его палец замер на моей коже. Наклонив голову, он овеял теплым дыханием мою грудь. Я ахнула, когда его язык скользнул по моей плоти, распаляя меня. Его клыки царапнули мою кожу, но укуса не последовало. Я оседлала его бедро, постанывая от наслаждения, вызванного трением наших тел.
Кобаль расстегнул мой лифчик, отбросил тот в сторону и убрал бедро, ласкающее местечко между моих ног. Я подавила стон протеста, когда Кобаль резко развернул меня. Когда он провел пальцем вдоль моего позвоночника, а затем повторил маршрут с помощью языка, я задрожала.
— Кобаль, — выдохнула я, когда его ладонь разместилась между моих бедер, а палец через штаны начал дразнить клитор.
Мои бедра требовательно подались за его рукой, которую он опять убрал, хотя я хотела большего. Шорох одежды, падающей на пол, соблазнял меня поддаться искушению и обернуться. Я должна была увидеть и почувствовать его, но Кобаль прижался грудью к моей спине, остановив. Он толкнул меня к стене так, что мои ладони уперлись в неровные камни.
Одной рукой он стиснул мою грудь, а второй принялся расстёгивать и спускать мои брюки. Наклонившись, он развязал шнурки на моих ботинках. Как только Кобаль избавил меня от обуви, я вылезла из штанов и отшвырнула их в сторону. Он встал и пробежался огрубевшей ладонью по моему животу, из-за чего по моей коже побежали мурашки. Как только его пальцы вернулись к местечку между моих бедер, то я раздвинула ноги немного шире. Кобаль прильнул грудью к моей спине, опаляя своим теплом. Его прерывистое дыхание раздалось у моего уха. Кобаль неторопливо провел языком по мочке, прежде чем прикусить ее.
Я крепче прижала ладони к камню, когда его указательный палец погрузился в лоно. Кобаль был нетороплив в своих ласках, растирая смазку по моей кисе. Горячий член припал к моей пояснице. Неожиданно Кобаль толкнулся в меня двумя пальцами.