— Бартон демоны? Ты про исковерканного Винни-Пуха, чье сердце только что взорвалось? — уточнила я.
— Не уверен, кто такой Винни-Пух, но да, — ответил Кобаль с невозмутимым видом.
Я подавила желание обнять его, так как не хотела прикасаться к самой себе из-за остатков плоти, что тогда говорить о Кобале.
— Огонь, которым владеют некоторые демоны, не действует на бартон. Впрочем, ты и сама это выяснила на карнавале, — пояснил Магнус. — Люцифер освободил этих демонов, чтобы сделать частью своей охраны.
Мускул на щеке Кобаля дрогнул. Он перевел взгляд с меня на Магнуса.
— Они охраняют его?
— Да, — кивнул Магнус. — Мне удалось поймать нескольких и привести сюда, чтобы отыскать способ к их уничтожению. Но ответ сам нашел меня.
Я оглянулась на останки на полу.
— Но я одолела лишь одного.
— Ты убила бартона, даже не прикоснувшись к нему, — усмехнулся Корсон. — А ведь они свято верят, что могут умереть лишь одним способом. Если ты начнешь взрывать их сердца, то, скорее всего, они подожмут хвосты и убегут.
— Плюс, сейчас ты воспользовалась Хоком. Представь, если вместо него был бы Кобаль, — добавил Магнус.
Я посмотрела на демона.
— Во-первых, я не совсем уверена, что эти монстры испугаются и убегут. Во-вторых, я никем не пользовалась.
— В этом нет ничего плохо, так как ты нуждалась в поддержке, — возразил Магнус. — Мы должны делать все возможное для обеспечения нашего выживания, особенно ты.
Взгляды собравшихся демонов заставили мое сердце замереть. Я знала, что они возлагали на меня определенные надежды, но теперь они по-настоящему верили в мои силы.
Воспоминания о кошмарах, вызванные ланавуром, замелькали в моем сознании. Я рассеянно подняла руку, желая прикоснуться к глазам и проверить, не потекли ли кровавые слезы, но затем вспомнила, что была вся в крови, кусочках плоти и слизи. Мои плечи поникли от внезапно накатившей усталости. Я посмотрела на свою окровавленную, порванную одежду.
— И одежды другой нет… — пробормотала я.
Было так нелепо беспокоиться о наряде, когда демоны смотрели на меня, как на мессию, но я не могла сейчас представлять себя освободительницей Ада. Просто абсурд. По идее Ад был плохим местом, и я не должна была хотеть спасти его.
— Я дам тебе сменную одежду, — предложил Магнус. — Как только мы вернемся в мою пещеру.
Я не стала уточнять, откуда и чью одежду он собрался подарить мне, так как ответы Магнуса редко бывали хорошими.
— Что с остальными? — спросил я у Кобаля. — Они уже прибыли?
— Стоят снаружи, — ответил он. — Более сотни демонов и скеллеинов. Другая половина осталась наверху, чтобы защищать людей.
— Так мало, — пробормотала Бейл. — Но достаточно, чтобы занять Люцифера, пока мы разбираемся с другими проблемами.
— Более чем достаточно, — возразил Магнус. — Я сделаю так, чтобы ему казалось, будто с нами тысячи солдат.
Глава 26
Кобаль
Я наблюдал, как Ривер смывала со своего тела кровь и кусочки плоти. Но на этот раз в процессе не было никакого сексуального контекста. Я просто не мог насмотреться на то, как она двигалась в воде. Ее лицо не покидало задумчивое выражение. Ривер была молчалива с тех пор, как закончилась иллюзия Магнуса.
— Что тебя беспокоит? — спросил я, присаживаясь на камень на краю небольшого бассейна.
Она убрала с лица прядь мокрых волос и посмотрела на меня.
— Они так верят в меня.
— Только в реальных рамках.
— Я смертная…
— Ты гораздо больше, чем просто смертная.
— Я потомок Люцифера, — пробормотала она.
— Ривер…
— Только потому что ты и другие демоны считаете Люцифера моим отцом, не значит, что я должна быть согласна, — быстро отчеканила она и схватила с небольшой полки рядом с бассейном кусок черной лавы, которую мы использовали в Аду вместо мыла.
Грубая текстура лавы натерла ее кожу до крови, но Ривер ничего не замечала. Я сжал ее ладонь, когда она в пятый раз с тех пор, как ступила в бассейн с водой, потерла правую руку.
— Остановись, — попросил я. — Твоя кожа чиста.
Она посмотрела на ободранную кожу и со вздохом вернула камень на полку.
— Я все еще чувствую, что на мне что-то есть.
— Ничего не осталось, — заверил я.
Ее аметистовые глаза блеснули от слез, когда она посмотрела на меня.
— Я ощущаю, что во мне больше от ангелов, разве мы не должны быть врагами?
— Ангелы, которые все это затеяли, настоящие придурки, но не наши враги. В отличие от их падших братьев. Мы никогда не сталкивались ни с одним ангелом, кроме падшего.