Угасающий дневной свет привлек мое внимание к дырам в крыше, оставленным горгульями, которых Люцифер каким-то образом освободил от второй печати. Даже если Ривер не сможет попасть в Ад или закрыть эти врата, то я в любом случае должен был как можно быстрее сойти вниз.
Нужно было разобраться, что произошло с адскими гончими, охраняющими печати. Да и в принципе пора было остановить взлом печатей. Если все запертые твари вырвутся на свободу, то конец наступит не только для людей и Земли, но и для всех миров.
Отвернувшись от розового-красного с оранжевыми прожилками неба, я окинул взглядом собравшихся в комнате. Варгас расхаживал у двери в бар, сцепив руки за спиной. Хок прислонился к дальней стене с винтовкой в руке, наблюдая за ямой. Рядом с ним расположилась Эрин, скрестив ноги и точа один из своих ножей. Корсон и Бейл ходили по краям врат, следя за тем, чтобы что-нибудь не выпрыгнуло изнутри.
Мой взгляд вернулся к Ривер. Она закрыла глаза, не видя освещающего ее солнца. Выражение ее лица было таким безмятежным, что казалось, будто девушка медитировала. Единственными признаками, что она испытывала хоть какое-то напряжение, были сжатые полные губы и напряженный подборок.
Словно почувствовав мой пристальный взгляд, Ривер распахнула глаза и посмотрела на меня. Поразительный аметистовый оттенок ее радужки был безумно красив. Ее глаза были очаровательны и свидетельствовали о родстве с ангелами.
Ривер улыбнулась.
— В чем дело?
— Просто наблюдаю за тобой.
Она встала, посмотрев на меня взглядом, преисполненным любви.
— Я готова вернуться в лагерь, — заявила она и потянулась. — А завтра уже могу отправиться в Ад.
Мне едва удалось сдержать резкое «нет», которое застряло у меня в горле. Я впился взглядом в яму, а затем вновь сосредоточился на Ривер.
— Возможно, в этом нет необходимости. Должен же быть какой-то способ…
— Закрыть врата отсюда? — перебила она. — Какой? Потому что я перепробовала все, что умела. Теперь я чувствую пульс жизни, вибрирующий под моими ногами, а не только отчаяние и мучения, но все равно ничего не получается.
— Вероятно, твой спуск в Ад не обернется ничем хорошим, — заявил странно высоким голосом Корсон с другого конца комнаты.
Я посмотрел на обычно спокойного, но смертоносного демона, которого считал одним из своих самых близких и сильных союзников. Плечи Корсона были расправлены, а оранжевые глаза сосредоточены на Ривер. Его заостренный подбородок выражал упрямство и гнев. Корсон имел рост шесть футов четыре дюйма и был весьма гибок, благодаря чему был весьма быстрым, намного быстрее, чем большинство демонов.
Его волосы были такого черного цвета, что казались синими в угасающем свете дня. Локоны вились у его воротника и над заостренными ушами, с мочек которых свисали и вращались на золотых цепочках два розовых единорога. Я уже привык к вечно меняющимся украшениям Корсона, но все равно ненавидел это. Мои руки так и чесались, желая выдернуть серьги из его ушей каждый раз, когда он проходил мимо с новым набором, подаренным очередной женщиной.
— Но и не причинит никакого вреда. Надеюсь, — пробормотала Ривер так тихо, что, вероятно, последнее слово услышал только я.
— Я считаю, что нужно повременить, — отчеканил Корсон.
Когда Ривер впервые вошла в лагерь у стены, то была не более чем одним из вариантов, с которыми мы столкнулись во время поисков последнего потомка Люцифера. Теперь она стала моей избранницей и королевой демонов. Более того, Бейл уважала Ривер, что было редкостью, а Корсон считал ее другом. Корсону нравилось находиться рядом со многими людьми и демонами, но мало кем он действительно восхищался. Как и я, Корсон всегда оставался верен поставленной задаче, особенно когда дело касалось Ривер. Но сейчас я почувствовал, что моего друга одолели сомнения.
— Ожидание не принесет нам никакой пользы, — покачала головой Ривер. — Я не собираюсь заходить в самую глубь, но, может, каким-то образом там я пойму свои дальнейшие действия. Сейчас у меня ничего не получается. Вообще ни единой мысли, как это провернуть.
— Вполне вероятно, что ты вообще не сможешь их закрыть, — напомнил Корсон.
— Корсон, — шикнула Бейл, предупреждая, прежде чем взглянуть на меня.
Она боялась, что его слова выведут меня из себя, и я действительно был на краю, но не из-за них. Словно я стоял в стороне и наблюдал, как Ривер, огибающая яму, выходила на проезжую часть в час пик. Корсон открыл было рот, чтобы еще раз возразить, но промолчал.