— Глупо не смотреть в окно, когда за ним такой вид, а отсюда вид… панорамный.
— Вынужден согласиться, — он буквально огладил меня взглядом, задержавшись на обнаженных бедрах. — Вид превосходный.
Сдержав порыв одернуть рубашку, я сделала последний глоток и поставила чашку рядом с босой стопой. Внезапно я очень остро осознала, что рядом находится мужчина, вызывающий эмоции, которые я не могу идентифицировать. Он подошел вплотную и, устроив подбородок на моем обнаженном плече, посмотрел наружу. Широкие ладони скользнули на живот и сцепились в замок. Его обнаженная грудь прижалась к моей спине. Содрогнувшись, я попыталась вывернуться, но Руслан без особого труда проигнорировал мои трепыхания, сжав крепче.
— Ты права, вечер чудесный, — он прикусил кожу за ухом и поймал мой тихий, но отчетливый стон. — Ты такая вкусная… отзывчивая… Кари… Я хочу еще…
— Рус… — выдохнула я, замирая под его умелыми пальцами, расчерчивающими горящую кожу. — Опять?
Он довольно хохотнул, развернув меня и устраиваясь между моих бедер.
— Снова, красавица и совершенно по-новому. Мне нравится тебя учить.
Меня несколько покоробил его покровительственный тон и явная уверенность, что он не получит отказа. Упираясь в его плечи, я создала нужную мне дистанцию и холодно улыбнулась.
— Мои желания в расчет не принимаются? С каких пор я стала бесправной?
— Кари? — мужчина растерялся и нахмурился. — Тебе же понравилось.
— Не отрицаю, — согласилась я. — Но вчера ты собирался показать мне записи. Ты ведь еще не решил, что со мной делать…
— Дура… — он обхватил мой затылок и притянул, грубо кусая губы и проталкивая язык в рот.
Мне бы ударить его, впиться зубами до крови, заорать, толкнуть от себя, но тело изогнулось, теснее прижимаясь к нему, и сердце, выламывая ребра, отбивало нестройную дробь. Мужчина рванул полы рубашки в разные стороны, и ткань затрещала, пуговицы запрыгали по полу. Обхватив за спину, Руслан подтянул меня на самый край стола и, не сводя горящего злостью взгляда, скользнул в меня — влажную и горячую, одним движением, вырвав вскрик.
— Смотри на меня, — рявкнул он, другой рукой сгребая волосы на затылке и не позволяя откинуть голову.
Я повиновалась. С каждым толчком это было все мучительней. Хотелось закрыть глаза, уткнуться в его взмокшее плечо. Зажмурившись на несколько мгновений, я ощутила как он замер, слегка покачиваясь, и со стоном уставилась на него вновь. Удовлетворенно ухмыльнувшись, он продолжил движения, и я, обхватив его ногами, подавалась навстречу, едва сдерживая стоны сквозь закушенные губы. Проникновения стали жестче, и сквозь рваное дыхание послышался хрип:
— Моя… Слышишь?
Я выгнулась от ошеломительной вспышки удовольствия, тонко взвыла, царапая напряженные руки, удерживающие меня. Тело сотрясали судороги, на краю сознания я услышала протяжный низкий стон, принадлежащий Руслану. Меня накрыло волной наслаждения и, наконец, когда я перестала крупно дрожать, мужчина прижал меня к себе, устроив голову на своем плече. По щекам катились слезы, но разбираться в их причинах или сдерживаться мне не хотелось. Было так уютно ощущать объятия мужчины, подарившего мне… не удавалось подобрать название тому, что было со мной. Это было восхитительно. Кажется, я сказала это вслух, потому что Руслан отстранился, заглядывая мне в лицо:
— Ты неподражаема. Скажи мне, откуда ты взялась?
— Из Железнограда, — не в силах соврать, ответила я.
— Твой мир в другом измерении?
Отголоски наслаждения в тот же момент сразу покинули меня. Стало зябко. Изнутри. Тонкие щупальца морозящего страха скрутили сознание. Слабо дернувшись в кольце крепких рук, я зажмурилась, опустив голову и понимая, что с этого момента любое мое слово может привести… к чему-то, что не сделает меня счастливой.
— Кари, милая, — Руслан большим пальцем подцепил мой подбородок и приподнял. — Чего ты испугалась? Я уже все понял.
— Все? — повторила я, сморгнув слезную пелену. — Что понял?
— На записях Яну убивают. Ее тело было мертвым, в этом сомнений нет, а потом… У тебя остался след на шее от ее раны. Оболочка ее, но то, что внутри, даже отдаленно не напоминает ту девушку. Я точно знаю, я говорил с ней и… она — не ты. Ты другая. Совершенная, Кариса…
Я со стыдом поняла, что мужчина все еще во мне и попыталась отодвинуться. Усмехнувшись, он обхватил мои ягодицы и втиснул в меня свою, вновь ставшую твердой, плоть. Не в силах сдержаться, я всхлипнула, упираясь в его плечи, но Руслан преодолел мое вялое сопротивление, толкнувшись в меня опять.