— Пожалуйста… — бессвязно пробормотала я, не понимая о чем прошу. — Рус…
— Все, что хочешь, — проурчал он в самое ухо и распластал меня на столешнице, оглаживая ладонями пылающую кожу. — Ты моя бесценная…
Меня скручивало, разрывало от небывалого удовольствия, граничащего с болью, сладкой и желанной. Я потерялась в этих ощущениях и хрипло умоляла дать мне еще, освободить тело от судорожного, накатывающего волнам наслаждения. И, когда его стало слишком много, мое сознание не выдержало, и я погрузилась в вязкую заботливую тьму, с сумасшедшей улыбкой и хриплыми стонами.
Из забытья меня вывел аромат. Открыв глаза, я приподнялась на кровати и со стоном свалилась обратно. Ныло все. Даже те мышцы, о существовании которых я не догадывалась. Но даже в накатившей слабости и усталости я не могла отрицать, что тело мое поет от пережитого удовольствия. Проведя по себе ладонями, я ощутила тонкую ткань поверх местами болезненной кожи. Осмотрев одеяние, я вздохнула от умиления: потертая и явно любимая футболка до середины бедер явно принадлежала хозяину. Меня почему-то порадовало, что он не надел на меня, как в первый день, женскую вещь с чужого плеча. Это было бы… унизительным что ли. Источник аромата щекотал нос, и я, наконец, смогла обнаружить на низком столике рядом с кроватью чашку кофе и что-то желтеющее на тарелке. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это конструкция из хлеба, листьев сочной зелени, полужидкого яйца, сыра и мяса. Благоговейно осмотрев это произведение искусства, я дрожащей рукой взялась за вилку. Говоря по совести, в последние несколько дней я толком не ела, и сейчас даже голова немного кружилась от голода, но перед тем, как попробовать блюдо, я поднесла его к лицу и еще раз вдохнула исходящий от него аромат. Смакуя каждый кусочек, и открывая для себя совершенно новый мир вкуса, я прикрыла глаза. Как же можно было уничтожить подобную идиллию, и превратить этот мир в мой? От этой мысли я помрачнела.
— О чем бы ты сейчас не подумала — перестань, все это глупости.
Руслан сидел в кресле в углу комнаты, и в полутьме задернутых штор я не смогла его заметить раньше. Он пружинисто поднялся и через пару секунд оказался рядом со мной, пытливо заглядывая в смущенное лицо. Я закусила губу от иррационального желания к нему прикоснуться.
— Понравилось? — он провел пальцем по вороту футболки, и я вздрогнула, нехотя отодвигаясь. — Пока я спрашиваю о еде.
— Понравилось… все.
— Все? — иронично приподнятая бровь сделала его лицо игривым, и я не удержалась и очертила его лицо ладонью.
— Все. С таким врагом я не хочу друзей.
— Я тебе не враг, — мужчина ухватил меня за руку и потерся о нее небритой щекой. — Ты пришла ко мне и теперь моя…
— Рус, — обеспокоенная его немного чрезмерными собственническими манерами, я все же попыталась казаться беспечной. — Ты догадываешься, как я пришла?
— Конечно. Ты активировала чип, точнее Яна и…
— Как выглядит этот чип? — заинтересовалась я.
— Вообще-то, это — моя разработка, — довольно заявил Руслан, усаживая меня на колени. — По сути, это — что-то сродни батарейки, способной накапливать и отдавать энергию. Вместимость колоссальная и сферы применения разнообразны…
— Как он выглядит? — повторила я, замирая от нехорошего предчувствия.
— Небольшой овальный камень…
— …белого цвета, — прошептала я, обхватывая себя за шею.
— Ты помнишь? — удивленно воскликнул мужчина, разворачивая меня к себе лицом и, заметив мое состояние, перестал улыбаться. — Кари?
— Как… ты создал… ты… — оттолкнувшись, я отошла от него к окну и, сгорбившись, обхватила себя руками. — Зачем ты сотворил… это?
— По моей теории, — осторожно подбирая слова, заговорил мужчина. — При определенных обстоятельствах в чип может затягиваться энергия из подпространства.
— В каких обстоятельствах? — мертвея, прошептала я, и он запнулся, уставившись в пол и, когда поднял лицо, я точно знала, что он собирается солгать. — Не смей…
Руслан тряхнул головой и зло вскинул подбородок.
— Я, прежде всего, ученый и некоторые принципы в моей работе лишние. Тебе не понять всех нюансов, это довольно сложно…
— Ничего сложного, — сухо оборвала я. — Убить человека, вызвав всплеск высвобождаемой энергии и заключить ее в основу, который ты называешь чипом, чтобы потом использовать как источник энергии для собственных нужд. — Руслан побледнел. — Именно таким образом в моем настоящем используют этот предмет. Только вот энергия — это душа, бессмертная и вечно заточенная в проклятом камне. Она мечется в безысходности, одиночестве, без возможности переродиться или стать свободной.