– «Интересно.» – Передача Би вклинилась межу ее словами. – «Это объясняет твое умение стрелять, почти без тренировки. Может, просто вооружить всех этих детей?»
– …ну и добавляет новые. Обычно это чувствительность – возможность читать других, и, иногда, следы, которые остаются в воздухе и воде. А еще, иногда – это возможность чувствовать ее, и слышать, что она говорит.
– Я… слышала ее.
– Ну конечно, ты же посланница. Она редко говорит с нами прямо – разве что со всеми сразу, чтобы не оставалось вопросов. Тренировки усиливают таланты, и, обычно, к приезду цирка находится несколько учеников, готовых сойти за тренированных акробатов, фокусников, или борцов…
– Или актеров. – Добавила Мона. – Вот как мы.
– Это просто, на самом деле, и даже не очень честно – притворяться, и скрывать свою настоящую силу. Но это же временно, правда?
– И те, кто уехал… они до сих пор путешествуют с цирками?
– Нет конечно. – Мари задумчиво раскручивала свой браслет, состоящий из толстых медных нитей. Отмотав кусок нити, она перекусила ее, и принялась складывать во что-то вроде узелка. – Цирки нужны для того, чтобы привыкнуть к большому миру, не выделяться. А еще они попадают туда, куда нужно, проходят за любую стену, их принимают в любом городе. Те, кто прибывают на место, покидают цирк, и находят себе другую работу – там, где они нужнее всего.
– И таких было много?
– Не знаю, мы здесь не так давно. Джон говорит, что ритуал встречи, когда сюда съезжаются цирки, проводится вот уже двадцать лет. А брат… он действительно ничего тебе не рассказал?
– Нет, он… у него не было времени.
– И у него все хорошо? Я очень боялась, что у него будут проблемы.
– Какие? – Слегка удивилась Мириам. – При его… умениях?
– С девушками. – Замялась Мона, а Мари покачала головой. – Он такой… неопытный. Он же не готовился уехать, как все. Мы были ему как сестры, но мы же не… ну как бы…
– А одеваться вам не нужно, сестры?! – Светловолосый молодой человек в комбинезоне со множеством карманов, видимо, закончив умываться, подошел к их колонке. – Как спали, так и выбежали? Хотя о чем это я, спите то вы в меньшем.
– А ты завидуешь, да? – Притворно надула губки Мона. – Мне или ей?
Молодой человек рассмеялся, и, шлепнув по струе воды, льющейся из колонки, обрызгал ее с ног до головы. В ответ Мона подпрыгнула, подняв целый фонтан, так что досталось всем – Мари, светловолосому юноше, и даже Мириам, предусмотрительно отскочившей в сторону.
– Это Айс. – Недовольно сказала Мари, встряхнув головой, и продолжая складывать проволочную фигурку. – Он наш кузнец.
– И механик. – Юноша вытер лицо, с удовольствием разглядывая Мириам, чья мокрая майка, облепив ее, словно вторая кожа, уже ничего не скрывала. – А ты старше, чем обычные новички.
– Как ты угадал? – Мириам решительно выпрямилась, положив руку на пояс, и юноша заметно покраснел, все еще не отрывая от нее взгляда.
– Он талантливее, чем кажется на вид… – Мона выбралась из водного потока, встав на сухой бетон.
– И сколько ты собираешься так смотреть? – Спросила Мириам, начиная злиться. И удовлетворенно отметила еще одну вспышку смущения, окрасившую его цвета.
– Это у вас… нож?
Она бросила короткий взгляд на ремень, лежащий на ее плече.
– Был.
– Сломался? Можно взглянуть?
Мириам вытащила клинок из чехла, и, обойдя Мари, сидящую у колонки, протянула его юноше. Трое подростков, пришедших умываться вместе с ним, облепили его, заставив ее посторониться, и сойти с бетонной полосы на сухой песок.
Мона хихикнула.
– А я уже подумала, что ему интересно что-то еще, кроме железок.
Айс повернул клинок, разглядывая его при тусклом свете зари, отталкивая лезущие к нему руки.
– Кромка повреждена, блестит здесь и здесь, нужно переточить. Рукоятка… отверстий для крепления всего два, и оба рядом. Царапины. Он раскладывался?
– Да.
– А где рукоять?
Мириам извлекла из кармашка второй обломок, и бросила его механику. Тот поймал его левой рукой, осмотрел, затем наклонился, и сильно чиркнул им по бетонной плите под ногами.
Брызнули белые искры.
– Титановый сплав. – Он поднял брови. – Накладки из титана, никогда с ним не работал. Пластины из стали, с ними проще, но они просто сплавились. Титан тоже. Чем вы ее резали? Лазером? Нет, лазерный резак оставил бы тепловой узор… наверное. И вообще, такой большой, раскладной – разве им удобно резать?
– Наверное, им удобно рубить…
– Что… рубить? – Юноша отступил от нее, прижимая лезвие к себе. – Вы им сражались?