Мостик, представляющий собой одну, довольно тонкую, доску, дрожал под ногами еще сильнее, чем лестница. Мириам предпочла пробежать последние несколько шагов – и в недоумении остановилась перед следующей лестницей. Вернее, ее подобием, состоящим из десятка железных штырей, вбитых в вертикальную балку один над другим.
Взобраться здесь оказалось сложнее. Несколько раз Мириам приходилось выпускать штырь, прыгать вверх и сразу хвататься за следующий свободной рукой, на короткое мгновение буквально повисая в воздухе. Такой способ взбираться показался бы ей безумием еще несколько недель назад – но теперь это было легко и естественно, тем более, что ей удалось не уронить тарелку.
Би сидела на противоположном углу здания, еще на этаж выше, но пройти к ней оказалось легко. По скрещениям несущих балок, а затем по длинной вибрирующей металлической полосе, прибитой к бетону уже знакомыми железными штырями, и ведущей наверх, словно наклонный мост.
Отсюда смотреть вниз не хотелось совсем, и Мириам почувствовала облегчение, когда неровно обрезанный край полосы остался позади.
– Я взяла тебе поесть. – Сказала она, и Би кивнула, не отводя взгляда от пустыни перед ней. – Оно правда все не горячее, но ты же не ела со вчерашнего… Вообще, когда мы ели в последний раз?
– Не знаю. – Би взглянула на тарелку, которую Мириам поставила ей на колени. – Тут для меня слишком много.
– Эй, я же лезла с ней сюда!
– Спасибо, я проголодалась. – Голос Вероники прозвучал откуда-то со стороны, из пустоты перед Би.
– А я не очень. – Задумчиво ответила та.
– Тогда поешьте по очереди. – Предложила Мириам, и уселась рядом, свесив ноги в пустоту.
Би удивленно посмотрела на нее, а Вероника расхохоталась.
– И кто, по твоему, должен есть первым? – Спросила она, отсмеявшись.
– Ну, тот, кто голоднее, наверное…
– Это глупо. – Сказала Би, и взяла кусок бисквита с тарелки. – Желудок то у нас один.
– Как и мозг, в общем-то. Даже не верится.
– Будешь много болтать – останешься без завтрака.
– Ладно тебе. Хотя если подумать про будущую драку, то аппетит у кого угодно испортится.
– Почему? – Спросила Мириам, но Би только покачала головой.
– Эти чертовы руины невозможно защитить. – Продолжила Вероника. – Смотри сама. С юга – пустыня, подходящая прямо к дверям домов, открытый песок, и холмы, на которые можно заехать. С севера, там, где крыши – просто десятки домиков, стоящих вместе, где живут эти дети. Их много, но стены тонкие, из жести, они не годятся в качестве укреплений. Восток прикрыт городом, но зайти с той стороны ничего не стоит. И запад, у нас за спиной – все это здание, которое простреливается насквозь, и снова песок, до самого горизонта. Негде укрыться, с таким же успехом мы могли бы пытаться оборонять кусок хайвея.
– И что мы будем делать?
– Что мы не будем делать. – Би взяла с тарелки кусок мяса. – Не будем ничего здесь защищать.
Вероника хихикнула.
– Мы нападем, да? – После паузы уточнила Мириам.
– Посмотрим, какое оружие доставит Джон. – Кивнула Би. – И кто придет сюда. Твоих новых друзей придется спрятать, в домах или в тоннелях, по которым мы сюда поднимались. Если нам удастся навязать рейдерам бой, и мы сразу захватим хотя бы один кар…
– …и у них не будет огнемета, как в тот раз. – Вероника понизила голос. – Хотя если будет – то им же хуже.
Би опять кивнула.
– Что? Ты же этого не помнишь.
– О, я себе представляю.
– Мои… друзья? – Пробуя это слово на вкус, проговорила Мириам. – Я все еще не очень понимаю, почему они такие…
– Особенные? – уточнила Би. – Потому что они так воспитаны.
– В смысле? Зачем?
– Они – часть той сети, с которой мы говорили. – Ответила Би, аккуратно пережевывая мясо. – Разве это не очевидно? Эта штуковина построила здесь тренировочный лагерь, и воспитала свои частички, какими хотела их видеть. Научила быть похожими на обычных людей, и раздала им потерянные знания – только сделала это как-то странно.
– Они… хорошие.
– Да. – Ответила Вероника вместо Би. – Мне они тоже нравятся. Эти девочки такие непосредственные. И мальчишка, с которым ты говорила.
– Эти девочки… – Начала было Мириам, но смутилась, и не договорила.
– Ребенок – это часть родителя. – продолжала Би. – По ним мы можем судить и о ней.