— А, что же не заехали тогда?
— Понимаешь, этот господин Гедин, известный шведский географ, и ярый ненавистник всего русского. Я когда-то читал о нем в каком-то журнале, еще перед отъездом в СССР. Он как раз собирался во Внутреннюю Монголию на раскопки этого города. Похоже, до сих пор копается. И потому, произнеси мы там хоть одно слово по-русски, и могли нарваться на неприятности. Ведь мы с тобой, фактически нелегалы. То есть, вздумает, кто-то проверить наши документы, и придется как-то решать этот вопрос. И если скажем в Шанхае еще как-то выпутаться из этого положения было возможно, учитывая некоторые знакомства, то здесь сделать это будет гораздо сложнее.
— Да, кстати, забыл упомянуть еще об одной империи, которая находилась за этими стенами. Только не смейся и не обижайся.
— На что?
— Название империи для русских звучит несколько, скажем так, необычно.
— И как же?
— Си Ся.
— Шутник. — Произнесла девушка отворачиваясь.
— Я серьезно. Пишется как два отдельных слова, что это значит не знаю, но похоже эти «Сиси», были весьма грозными соседями, если китайцы решили поставить такую огромную стену, для защиты от них. Хотя может и от кого-то еще.
— А можно на нее подняться?
— Наверное можно. Подъедем поближе, может кто-то подскажет.
— А куда ты думаешь вообще отправиться, ведь так и не сказал мне о конечной точке.
— В общем-то пока я нацелился на Индокитай, и по той самой причине, что официально я считаюсь французским гражданином. Кстати разрешите представиться, мадмуазель, Серж Дюпре, к вашим услугам. И мое гражданство, довольно легко подтвердить, сделав запрос во Французский банк, города Лиона. Там хранятся копии моих документов, которые я оставил, перед отъездом в СССР.
— А, я тогда кто?
— Ты моя супруга, происходишь и русской дворянской семьи, с которой я познакомился, находясь на работе в Советском Союзе.
— Ты делаешь мне предложение? — Тут же воскликнула Саня.
— Мы же договорились, подобюждать до конца поездки.
— Хорошо.
— Ну вот. — продолжил я начатое — А после, когда меня осудили за шпионаж, и подготовку к свержению Советского государства, и я сбежал с каторги, то нашел тебя, и теперь, мы вместе прорываемся на мою Родину во Францию. Как тебе такая душещипательная история.
— В общем неплохо, а тебя не выдадут обратно в СССР?
— Не думаю. Скорее раздуют эту историю, добавят какие-нибудь подробности, и еще сделают нас с тобой героями нации. Это более вероятно. Хотя, честно говоря, мне очень не хочется влезать во всю эту шумиху. Гораздо лучше будет, просто сообразить какие-то документы, и я бы даже не стал возвращаться во Францию. С такими деньгами, можно устроиться где угодно, а тот кризис, из-за которого я собственно и отправился в СССР еще далеко не закончился, так что, по большому счету, делать там сейчас нечего.
— Кстати о деньгах. Как ты собираешься объяснить наличие такой суммы. Особенно в свете того, что тебя отправили в лагеря, а ты оттуда сбежал, и на данный момент, у тебе нет ни единого документа. Расскажешь о найденном кладе? Что-то я сомневаюсь, что тебе кто-то поверит.
— Зачем? Клад пусть остается на месте. Мы до него уже не дотянемся, но и кричать о его местонахождении, тоже не стоит. А вот объявить тебя наследницей скажем рода Батюшкиных. Пусть глава рода не был дворянином, но миллионщиком точно был.
— Так ведь у них никого не осталось, последняя представительница умерла, еще будучи несовершеннолетней.
— А вспомни, как ее звали?
— Александра… — несколько задумчиво произнесла подруга.
— Я конечно понимаю, брать имя умершего человека, не слишком хорошо. Но с другой стороны, если это пойдет на пользу, почему бы и нет. Ведь вполне могло произойти так, что девочку подменили, в угоду каких-то соображений, а теперь, ты жива и здорова, и являешься прямой наследницей рода. Тем более, что по большому счету, это не имеет никакого значения. Даже если у рода, имелись какие-то сбережения за границей, тебе до них не дотянуться, а вот объявить о том, что тебе удалось вывезти из Советской России, деньги семьи, ты вполне можешь сделать. Тем более, что любая проверка подтвердит это.
— Как?
— А, ты посмотри. Все деньги, что имеются у нас в наличии выпущены, не позднее 1914 года. То есть за три года до октябрьского переворота, и, следовательно, вполне могли принадлежать «твоим родителям», я имею ввиду Батюшкиных. Помнишь, я тебе еще в лесу, говорил, что ты самая богатая невеста в округе. Вот прямое доказательство моих слов. Три с лишним миллиона наследства. Куда уж больше-то?
— Ну половина из них твоя.
— Но ведь это пока мы в дороге.
— И когда же она завершится?
— Когда приедем во Францию. Хотя, честно говоря, я очень сомневаюсь, что хотел бы там жить.
— А где же ты хотел бы жить?
— Не знаю. В мире столько мест, куда есть возможность попасть, а мне, честно говоря хочется много, где побывать.Тем более сейчас, коглда есть такая возможность. И потом, прежде чем, что-то планировать, надо хотя бы обзавестись, хоть какими-то документами. Просто если они не нужны здесь в Китае, далеко не факт, что не понадобятся при выезде отсюда. Я конечно попытаюсь связаться с другом в Шанхае, но туда еще нужно добраться, хотя, есть идея и получше.
— Например.
— Индокитай, сейчас Французская колония. Теоретически они могут послать запрос в Лионский банк, с которым у меня заключен договор на обслуживание, и те, могут подтвердить мою личность. А после и сделать документы на тебя. Пусть даже временные. Как только доберемся до Лиона, выпишем тебе Швейцарский паспорт.
— Это так просто?
— Нет, но у меня есть чистый бланк со всеми необходимыми печатями. Позже, если соберемся заключить брак, можно будет поменять его на французский паспорт, а то и оставить как есть. Гражданство Швейцарии довольно престижно. В общем там решим.
На стену нас не пустили. Сказали, что это памятник Китайской истории, и им нужно любоваться издалека, чтобы понять все величие нации и этой постройки.
— Да уж, — воскликнула, Саня, стоило нам отправиться дальше. — Представляю сколько людей оставили на строительстве этого сооружения свои жизни. Памятник на костях.
— Может и так, но судя по тому, что стену упорно строили, на протяжении нескольких веков, это не очень похоже на амбиции, какого-то императора. Скорее, с севера действительно ожидали нападения. А может и оборонялись от частых набегов, поэтому и построили такую огромную стену. Я где-то читал, что в некоторых местах, эта стена, разрушена, почти до основания, значит все-таки строили ее не зря, была для этого причина.
Дальнейший путь по территории Китая, не выявил никаких проблем, Довольно скоро, мы избавились от обеих бочек, заменив их одной столитровой, для того, чтобы иметь хоть какой-то запас, на всякий случай. Хотя, такой случай, так и не представился, до самых границ. Автозаправочные станции, встречались пусть и не на каждом шагу, но во всех встреченных нами по дороге городах они имелись. А эти городки располагались, не так уж и далеко друг от друга. То есть заправившись в одном месте, мы свободно дотягивались до другого. С едой мы тоже не заморачивались. В первом, довольно крупном городе, Чжанъе, в котором нас не пустили осмотр Великой Китайской Стены, пришлось обратиться в банк, где мне, чуть ли, не кланяясь до самой земли, разменяли сотенную долларовую купюру, и этих денег, нам хватило с огромным запасом, до самых границ с Лаосом. Причем, хватило не только на бензин, но и на еду, и даже на несколько отелей, где мы останавливались на ночлег.