(Ламарк утверждал, что "Обстоятельства влияют на форму и организацию животных… значительное изменение обстоятельств приводит к существенным изменениям в потребностях, а изменение этих последних по необходимости влекут за собой изменения в действиях. <...> И вот, если новые потребности становятся постоянными или весьма длительными, животные приобретают привычки, которые оказываются столь же длительными, как и обусловившие их потребности… Если обстоятельства приводят к тому, что состояние индивидуумов становится для них обычным и постоянным, то внутренняя организация таких индивидуумов, в конце концов, изменяется". – Ред.)
Я делаю успехи, насколько я могу судить; по крайней мере, голоса в моей голове становятся громче, так что каждый раз, когда я поворачиваю за угол, думаю, что столкнусь с Железным Горбуном или каким-то чертовым психическим паразитом, который вгрызается в мой разум. На что я не рассчитываю, так это на то, что найду место, где Склепы больше не работают.
Пока не понимаю, что и как произошло, впрочем, это не в первый раз. Думаю, это важно, но мне не хватает настойчивости продумать мысль до конца. Подозреваю, что и у людей поумнее меня ее бы тоже не хватило. Склепы непостижимо древние (высказывалась гипотеза, что они как раз очень современные, поскольку соответствуют каждому моменту существования вселенной), и у них нет видимых движущихся частей, и поэтому мы думали о них, как о некоей идеальной константе, структуре, объединяющей время и пространство. Но я думаю, что идеальных вещей на свете не существует. Например, как-то раз случилась утечка, атмосфера просто исчезла, и я не мог понять, куда она делась. Чем это может кончиться, если будет продолжаться достаточно долго, я выяснять не стал. Возможно, дырка (если она была) заделается сама собой, и атмосфера восстановится, или же какие-то незначительные нарушения в конце концов приведут к тому, что определенный участок Склепов будет разрушен. Но нам привычен человеческий масштаб действий. Склепы могут рушиться вокруг нас, просто это происходит так медленно, что мы не замечаем. Но исчезновение атмосферы – полбеды.
Меняется гравитация. Только что я спокойно шел по штреку, придерживаясь пальцами за стену, как обычно, и вот я уже лечу с неимоверной скоростью, и воздух со свистом проносится мимо меня. Напоминает падение вперед. Понятия не имею, сколько оно продлится. Наверное, до того момента, когда я вмажусь в стену. При такой скорости удар будет смертельным. На краткий миг возникает ощущение открытого пространства, это я пролетаю через какую-то большую пещеру, – а затем влетаю, к счастью, в очередной штрек. В ожидании удара я успел сгруппироваться. На такой скорости даже мое новое тело, привычное ко всяким ударам, не выдержит. Полет продолжается, а значит, у меня есть несколько секунд, чтобы подумать. Я раскидываю руки и ноги, задеваю стены/пол/потолок, пытаясь замедлиться. Единственным результатом можно считать содранную кожу на пальцах. Наверное, я кричу.
А потом полет заканчивается… Но вместо твердой поверхности я врезаюсь… в Ничто. Пролетаю мимо Ничто, как будто вхожу в глубокую воду, торможусь до полной остановки, разворачиваюсь и снова пролетаю мимо, как пробка, стремящаяся к поверхности. Еще некоторое время уходит на подобные колебательные движения, с каждым разом их амплитуда все меньше, а затем замираю на определенном уровне. Здесь граница гравитационных перепадов, но оба направления – вверх. А я между ними. С таким же успехом я мог бы оказаться на дне какого-нибудь колодца.
Меня не раздавило, только скребущая суета в голове стала еще громче. Я просто лежу себе, подвешенный между двумя подъемами, и пытаюсь собрать в кучку разбегающиеся мысли.
На этой границе между двумя восходящими градиентами нет ничего такого, за что можно было бы зацепиться – это просто разрыв одной из фундаментальных сил вселенной, ну и ничего такого особенного. Такое уже бывало. Воспоминания весьма неприятные. Но сейчас толку от них никакого. Я застрял.
Тянусь, пытаясь упереться руками или ногами в несуществующую стену, так все-таки создается иллюзия, что я не просто вишу, а поддерживаю своё тело, подвешенное в пустоте.
Ну и долго мне так висеть? В конце концов я высохну, превращусь в мумию, она приманит какого-нибудь голодного монстра…
Двигаю одной ногой. Двигаю одной рукой. Пока все нормально. Двигаю другой ногой, потом рукой. Тело звенит от напряжения, но оно у меня довольно сильное, и пока я вишу, по-моему, становится только сильнее. Что такое, в самом деле! Шел себе спокойно по галактике, и вот – на тебе! Теперь иду по стене, держась гудящими от напряжения руками и ногами.