Я не тороплюсь. Хочу дать сбежавшим время рассказать о возвращении Гэри Ренделла, воистину восставшего из мертвых, желавшего поведать о... О чем я им поведаю? Как король в «Макбете», я потерял дар речи, и не только потому, что остался без средств связи. Что, на самом деле, я мог бы вам сказать? Какой моральный урок преподали мне все эти страдания? Не ходите в Склепы? Во Вселенной полно инопланетян, таких же тупых, как вы? Или рассказать вам о том, каков на вкус астронавт, если снять с него скафандр?
Не ходите в Склепы. Хотел бы я вернуться во времени и поговорить с молодой доктором Нэйш или с молодым Гэри Ренделлом. Не ходи в космос, сказал бы я ему; не отправляйте меня в космос, сказал бы я ей. Есть много других, которые жаждут удостоиться подобной чести. Пожалуйста, не трогайте это молодое дарование из Стивениджа. Тогда многого удалось бы избежать.
Лучший способ не увязнуть в парадоксах реки и человека – вообще не соваться в эту чертову реку даже в первый раз.
А затем, прислушиваясь к усиливающемуся жужжанию в мозгу, я неторопливо захожу за угол и обнаруживаю… тот самый вход, глаз Бога-Лягушки, в который мы так безрассудно полезли. Я смотрю и вижу звезды, и, может быть, одна из них – Солнце.
Выход из Склепов – это особый момент. Я несколько раз находил его за время своих скитаний. Там просто звезды и Бог-Лягушка, ухмыляющийся далекому Солнцу откуда-то с задворок солнечной системы. Дважды в небе висела довольно близко планета, местные жители не могли не заметить Бога-Лягушку, какими бы примитивными телескопами они не располагали. На одном из миров, где почти не было морей, я видел длинные полосы света, не скопления городов, а просто длинные полосы, не то рукотворные, не то возникшие благодаря какому-то колоссальному природному явлению. Хотя версия с природой стала сомнительной, когда я заметил на орбите другие огни, может быть, верфи, или космические станции, или подтащенные поближе астероиды. Еще один мир показался мне совсем мертвым, пятнисто-серым, висящим в небе, как пуля, выпущенная в никуда. Возможно, так было всегда, но я не мог отделаться от мысли, что Творцы Склепов искали разумных существ, которые могли бы оценить их и пойти по их пути. Так что, возможно, в этом сером мире была жизнь, а возможно, среди Создателей Лягушачьего Бога имелись разногласия по поводу того, кто будет контролировать выпученное лицо, доминировавшее в здешнем ночном небе. Возможно, местные отправились туда, как и мы, отчаянно стараясь опередить других крутых парней.
Сейчас планеты нет. Лягушачий Бог висит за орбитой Плутона, всегда тут был и всегда будет. Однако пейзаж не пустует. Недостроенная Красная Ракета здесь. А вот следов «Кихота» не видно, но я и не рассчитывал его обнаружить. Похоже, что доктор Нэйш высадила значительную часть экипажа корабля на Склепы, чтобы от людей остались хоть скелеты, а может, с ней случилось что-то плохое, и это все, что они смогли спасти. Я выбираю последнее. В конце концов, они строят Красную Ракету, и совсем не ждут возвращения «Кихота». И тут я осознаю, какую жестокую шутку сыграла с нами судьба. Ну почему пути Магды Прошкин пересеклись с моими? Если бы не этот злосчастный случай, она могла бы достроить эту штуку сама. Глядишь, так и исполнились бы ее собственные пророчества.
Ты, кажется, озадачен, Тото. Ты наверняка понимаешь, что если что-то играет с пространством и гравитацией так, как могут играть Склепы, то оно, это Нечто, не может не играть и с другими измерениями. Мы считали Артефакт таким же старым, как вселенная, но это же не обязательно. Достаточно просто исказить время, и тогда его можно будет увидеть, когда пожелают Создатели. Я знаю, есть способ войти и выйти, не став в конечном итоге собственным дедушкой. А есть еще перспектива тепловой смерти космоса, так и ее можно миновать. Я видел множество инопланетян, использующих это место в качестве своего личного перехода через галактику. И если в пункте назначения время не совпадает с их родным временем, например, на пару миллионов лет, это не имеет значения! Время вообще не имеет значения, время относительно, поэтому я так долго бродил по этим чертовым Склепам и все равно пришел сюда.