И кто знает, может быть, некоторые доживут до момента, когда будет закончена Красная Ракета. Я вижу ее заброшенной и незавершенной, но это же не значит, что ее не завершили позже или раньше. Пусть закончат и отправятся на Землю, даже если это будет не та Земля, которую они хотели найти. Вдруг они окажутся в Скандинавии V века или что-то в этом роде? Зато все будут знать датский язык, будет на чем рассказывать истории местным жителям.
Нет, не думаю, что они протянут так долго. Есть у меня подозрение, что сегодня ими отобедает их бывший коллега.
Здесь, прямо за глазом Бога-Лягушки, есть высеченная в камне камера. Она аккуратнее, чем пещеры Пирамидок, но она точно рукотворная. Доктор Нэйш наверняка устроила базу рядом с выходом. Я вижу несколько спящих людей, другие стоят, все в костюмах, но большинство без шлемов. Они меня тоже видят.
Я узнаю доктора Нэйш. Наверное, при виде ее бледного шотландского лица я должен был почувствовать хоть что-нибудь, но нет, ничего. А ведь именно она втянула меня в эту чушь. Почему бы ей не заняться в свое время изучением Меркурия или еще чего-нибудь подобного, и не оставить гравитационные аномалии в покое? Но я не испытываю к ней никакой ненависти. Я знал ее еще до начала миссии, когда выполнял случайные поручения для мадридского отделения ЕКА. Я чувствую к ней почти привязанность, как к старой подруге. Наверное, стоит наверстать упущенное, поболтать. Но сначала я разберусь с остальными.
Поднимается небольшая стрельба, но я раздраженно отмахиваюсь от нее. Теперь никто не хочет сойтись со мной лицом к лицу. Видно, они знают, как кончили Ли и Диас. Доктор Нэйш кричит. Похоже, вызывает кавалерию, значит, еще одна спасательная команда находится в пределах слышимости. Ладно, чем больше, тем веселее. Давайте устроим настоящую прощальную вечеринку. Все приглашены.
Стоп. А это что такое? Из туннеля в дальнем конце вышел не просто очередной гоблин, вышел настоящий огр, на голову выше этих маленьких болтунов, этих людей. Я расправил плечи, выпрямился – благо пространство позволяло. Напротив меня стоял металлический истукан с кривыми ногами и большими изогнутыми руками, четырьмя пустыми линзами вместо глаз и рядом постукивающих шестеренок вместо зубов. А-а, тот самый Железный Горбун!
Я вздохнул с облегчением. Я полагал этот хлам, который лежал у нас в запасниках, просто бессмысленным железом, подсказка об обертке витаминного батончика – загадка, которая, как мне казалось, никогда не найдет ответа, но вот он передо мной, сам Железный Горбун. Он что-то передал одному из моих бывших соотечественников, какое-то незнакомое устройство. Он что, торгует с ними, помогает им? Это же настоящий странник по Склепам, знакомый с тем, как это место играет со временем. А может, он просто еще один бродяга, радующийся настоящему делу? Вот он достаточно шустро шагает вперед, предвкушая битву, гоблины тоже бегут, прячась за ним. На его броне остались несколько вмятин, это от меня и, без сомнения, он помнит, как меня избивал. Сначала он пускает в ход свое энергетическое оружие. От лазера нельзя уклониться, что бы там не показывали в фантастических фильмах. Луч идет со скоростью света, и если вы его увидели, значит, он уже ударил вам в глаз. Но предугадать направление удара вы можете. Я видел направление его большой руки, и бросился вперед зигзагом, чувствуя, как огонь опаляет мою шкуру, но и только.
Все прочие, включая доктора Нэйш и Острём, стараются держаться у него за спиной. Мой народ, мои собратья-земляне прячутся за Железным Горбуном, как будто надеются, что он их спасет. А я надеюсь лишить их этой защиты, корпус моего противника отлично подойдет в качестве мусорного ведра. Как он смеет вставать между мной и возвращением домой? А эта мелочь – моя законная добыча!
Гнев вскипает во мне так, что я забываю уклониться и получаю неслабый ожог плеча. Однако, боль только распаляет меня. Я поимею этого инопланетного ублюдка! «Железный Горбун» – да, как же! Слишком важно для этой железки.
– Съешь меня, мерзавец! – вою я, а затем прыгаю на него, хватаю панцирь пальцами рук и ног и пытаюсь вскрыть.
Он сильный, я знаю, но я сильнее, чем был в прошлый раз, когда мы с ним дрались, а тогда у нас получился равный бой. Я любимец Склепов, ты, металлический придурок, и ты услышишь еще много хорошего от моих адвокатов. А еще напишу о тебе редактору «Times», чертов Железный Дровосек, и подпишусь: «Злодей из Стивениджа».