— Спасибо, что пришли на нашу свадьбу. — С этими словами Эмилия поискала глазами Дэнни и залпом выпалила оставшуюся часть коротенькой речи, прежде чем у нее сдали нервы. — А еще мне очень хочется поблагодарить вас за то, что вы спасли Дэнни. Его не было бы в живых, если бы не вы, дэнги убили бы его. Он так много значит для меня, миссис… я имею в виду, Кафари, — поправилась она, снова смущенно покраснев.
Кафари усмехнулась и ласково пожала девушке руку.
— А где вы с ним познакомились? — спросила она Эмилию.
— Я училась в Мэдисонском университете Риверсайд, и ненавидела это место, пока не встретила Дэнни. Остальные парни в этом университете были такими… — Она подыскивала слова. — Недоразвитыми, что ли. Они говорили только о спорте и пиве. Я никогда и не думала, что люди могут быть такими глупыми и поверхностными. Затем я встретила Дэнни на митинге в кампусе против планов правительства закрыть сельскохозяйственный факультет, и все изменилось. — Она мило улыбнулась Кафари. — Я не знала, можно быть такой счастливой. Поэтому я просто хочу поблагодарить вас за то, что сохранила ему и Айше жизнь. Я благодарна вам больше, чем вы можете себе представить.
— Я думаю, вы слышали искаженную версию этой истории, потому что это Дэнни и Айша спасли мне жизнь, а не наоборот. А сегодня я рада познакомиться с девушкой, о которой Дэнни Гамаль достаточно высокого мнения, чтобы жениться.
Эмилия снова покраснела.
— Итак, почему бы тебе не рассказать мне о ваших планах после медового месяца?
Девушка заулыбалась, явно польщенная вниманием Кафари, усадила ее рядом с собой и стала оживленно рассказывать о маленьком коттедже, который они строили в уголке земли ее родителей.
— Мы купили его на наши с Дэнни сбережения. В коттедже будет специальный флигель для мамы Айши. Она по-прежнему сдает большую часть пчел в аренду владельцам садов в сезон опыления, а ее мед прекрасно продается на Мали по очень высоким ценам. А Дэнни — прирожденный скотовод, вы бы видели, каких улучшений он добился в молочном стаде. У него проницательный глаз и хороший инстинкт для разведения новых телок. У нас в два раза выросли надои, а спрос на сыр семейства Хэнкок просто взлетел до небес. И не только в каньоне, но и в Мэдисоне и даже на Мали!
— Я очень рада за вас, — улыбнулась Кафари, поймав взгляд Дэнни. — За вас обоих.
С этими словами она вознесла беззвучную молитву о том, чтобы Дэнни и Эмилия всегда были так же счастливы, как и в первый день их совместной жизни.
Мне одиноко без Саймона. Два года — это долгий срок, достаточный, чтобы начать скучать по лучшему другу. Я не могу даже связаться с его женой, поскольку Жофр Зелок запретил Кафари Хрустиновой выходить со мною на связь. Время проходит в ужасной скуке, потому что мне нечего делать, кроме как наблюдать за ухудшающейся ситуацией, с которой я ничего не могу поделать, — верный путь к катастрофе.
В настоящее время из своего ангара я наблюдаю за длинной вереницей транспортных средств, тянущихся из Каламетского каньона в Мэдисон. Транспортные средства являются частью массового протеста против обсуждаемого “Пакета мер по обеспечению налогового паритета”, вводящего новые налоги на фермерские хозяйства, голосование по которому состоится сегодня. Активисты грейнджеров называют предлагаемый пакет мер “верхушкой айсберга”, туманно ссылаясь на невидимые навигационные опасности, с которыми сталкиваются океанские суда в полярных регионах.
Их оппозиция родилась из-за формулировок, разрешающих правительству на законных основаниях изымать продукты, зерно и мясо, стратегии, разработанной, чтобы справиться с сокращающейся налоговой базой по мере того, как производители банкротились и сворачивали производство, неспособные получить достаточную прибыль, чтобы оплатить налоговое бремя, на сто двадцать пять процентов превышающее то, которое было до прихода к власти Коалиции ДЖАБ’ы.
Меня озадачивает, что правительственные чиновники удивляются, когда их действия приводят к логически ожидаемым результатам, но при этом не соответствующим целям, которых они намеревались достичь. Еще более загадочным для меня выглядит вопрос, почему методы, доказавшие свою неэффективность, не только продолжаются, но и расширяются в своих масштабах. Правительство губит сельское хозяйство собственной планеты. Я не единственный рациональный разум на Джефферсоне, способный осознать этот факт, но не дело Боло подвергать сомнению приказы своих создателей. Я здесь, чтобы выполнять их приказы.