Каким-то образом, в разгар безумия, Резиденция была подожжена. Сынком? Ей было трудно в это поверить, хотя казалось, что по всей стене здания, чуть левее знаменитого розового окна президентского кабинета, была прошита темная линия отверстий. Само окно разбито, и в нем мерцал свет. Во что же стрелял Сынок, когда они услышали выстрел из его пулеметов? В разъяренных грейнджеров? Неужели они в ярости пошли на штурм президентской резиденции?!
Кафари залезла в кабину аэромобиля, нашла на полу свой PDA и включила экран. Новостные репортажи как обычно были искажены, и ни в одном из них не было показано поистине потрясающего зрелища объятой пламенем президентской резиденции. Она прищурилась. Кто-то подвергал новости цензуре, можно сказать, в глобальном масштабе. Зачем? Нигде в небе Мэдисона не было видно ни одного аэромобиля. Нет даже съемочных групп новостей с воздушными камерами.
ДЖАБ’а никогда не пользовалась цензурой в благородных целях, значит, и сейчас их целью не могло быть ослабление насилия против Грейнджеров, которое неизбежно вспыхнет после такого масштабного бунта. Тогда почему? Ее глаза расширились, когда до нее дошел смысл сказанного. Что-то наверняка случилось с президентом, а может, и с вице-президентом тоже….
— Боже мой! — прошептала она, скорчившись на дне кабины своего аэромобиля. — Сейчас начнется настоящая охота на ведьм. Банды городской шпаны перережут всех фермеров в долине Адеро. Они будут убивать всех, кто хотя бы отдаленно похож на Грейнджера. Надо спасать Елену!..
Но как?!
У нее кружилась голова, она пыталась придумать, что делать, как вытащить себя и контуженую девочку-подростка из смертельно опасной зоны, взятой полицией в такое плотное кольцо, что даже крыса не смогла бы проскользнуть. Она могла позвать на помощь, но ближайшая помощь находилась в Каламетском каньоне. К тому времени, когда кто-нибудь сможет добраться до них, кто-нибудь уже додумается перекрыть воздушное пространство по всей планете, контролируя передвижение потенциальных “врагов народа”.
Им не выбраться по улицам. Значит, надо двигаться вверх или вниз. В воздух им не подняться. Единственным жизнеспособным вариантом оставался спуск. Канализация представлялась привлекательной альтернативой. Кафари прищурилась. Если им удасться проползти по канализации, и подняться на несколько улиц дальше, за пределами оцепления… Подняться наверх может стать проблемой, поскольку Мэдисон вот-вот взорвется. Аварийное убежище для гражданских лиц было бы более гигиеничным вариантом, если таковые найдутся поблизости. Предполагалось, что в центре Мэдисона будет построено множество подземных убежищ на случай возобновления нападений дэнгов.
Она подключила свой PDA к сети и нашла карту экстренной эвакуации. Поблизости от танцевального клуба не было ни одного убежища. Следовательно, придется отбросить эту идею. Только канализация или ничего. Кафари ползла по крыше, осторожно прокладывая себе путь, чтобы не показаться на горизонте. Она скользнула к задней части здания, которая выходила окнами на переулок, по которому грузовики доставляли товары для ресторана и танцевального клуба. Возле служебного выхода стояли мусорные баки и пара наземных машин. Здание за танцевальным клубом было выше — четырехэтажное сооружение, на котором, по-видимому, размещались трехмерные экраны, расположенные вертикально, для экономии дорогостоящей поверхности недвижимости в центре города.
Между двумя зданиями Кафари заметила вделанный в тротуар металлический люк, обеспечивающий специалистам доступ к обслуживанию канализационной системы. Все, что им нужно было сделать, это добраться до переулка, приподнять крышку, спуститься вниз и снова закрыть ее за собой. И чтобы в этот момент не было бы никого поблизости, кто замет, как они это сделают. Кафари выглянула из-за края крыши танцевального клуба, пытаясь разглядеть, есть ли отсюда путь вниз. И действительно, чуть поодаль шла пожарная лестница, на которую можно было вылезти через одно из окон танцевального зала. Она сослужит хорошую службу. Кафари откатилась от края, проползла по крыше, затем спустилась по лестнице и обнаружила, что Елена ждет ее.
— Президентская резиденция горит. Об этом нигде нет сообщений, нет съемочных групп в воздухе, даже в чатах про это ни слова. Я думаю, что Жофр Зелок убит, но об этом приказано молчать.
Елена ахнула. Затем она еще раз продемонстрировала хладнокровие своего отца.