— Какую еще пехоту?! Да нет у нас никакой пехоты! — раздраженно кричит Сар Гремиан.
— Артиллерийских расчетов было бы достаточно в качестве приемлемой замены. Подразделения федеральной полиции также могли бы сгодиться.
— Послать полицию? Против мобильных “Хеллборов”? Ты что, с ума сошел?
Прежде чем ответить на этот вопрос я рассматриваю эту возможность.
— Анализирую эвристику. Протоколы “Резарт” не задействованы.
— Что? Что, черт возьми, это значит?
— Я не сумасшедший.
Сар Гремиан смотрит в камеру.
— Вот утешил так утешил. Ты не можешь найти три украденные платформы с ядерным оружием и колонну многотонных грузовиков, но ты не сумасшедший. Есть ли еще задачи, на которые ты можешь потратить время, разыскивая украденное оружие?
— Я могу продолжать говорить с вами.
Возможно, не стоило сейчас говорить такое Гремиану. Его ответом является ор, который кривит его рот в особенно непривлекательной манере.
— Найди эти гребаные “Хеллборы”, машина! Мне плевать, что ты будешь для этого делать. Разнеси на куски эти горы, если понадобится, но найди их. Достаточно четкая инструкция?
— Я не могу разнести на куски горы, не увеличив количество жесткой радиации, уже загрязняющей фермы долины Хаггертона и города Хаггертон и Гершем. Без урожая на этих фермах Джефферсон столкнется с повсеместной нехваткой продовольствия. Это противоречит моей основной миссии.
Ответ Сара Гремиана одновременно емкий и бесполезный. Он прерывает передачу и делает еще один кодированный звонок Витторио Санторини. Этот звонок длится восемь минут девятнадцать секунд. Сар Гремиан перезванивает мне.
— Отправляйся в свой ангар. Мы отправим туда отряды ПГБ, пусть отрабатывают свою зарплату.
Скрытая угроза моему будущему уровню финансирования четко фиксируется в моих процессорах оценки угроз. Это последняя четкая и полностью осознанная мысль, которая приходит мне в голову перед тем, как я отключаю режим боевого рефлекса. Я чувствую потерю аналитических способностей и покидаю район кровавой бойни, которую устроил на вершине Барренского утеса. Я успешно выбираюсь из-под обломков, отмечая несчастное выражение лица капитана Локкиса, очевидно уже получившего приказ Сара Гремиана. Человек, резво упрятавший в тюрьму Хэнкоков, явно боится мятежников, обладающих высокотехнологичным оружием, спрятанным в темных лабиринтах каньонов.
Но сейчас меня больше волнует другое. Я ковыляю к своему складу технического обслуживания, изучая повреждения болевыми датчиками на носу, передней башне и гусеничных установках. Я двигаюсь со скоростью едва ли один километр в час, стараясь не допустить дальнейшего серьезного повреждения сцепных устройств. До дома еще далеко, а ждет меня там сомнительная помощь, которую окажет функционально неграмотный техник, напившийся в доску еще до того, как я выехал на задание.
Страдание становится моим постоянным спутником.
За сто метров до цели Кафари приказала начать атаку.
Из темноты вынырнули три “Хеллборов”. Тренировочные казармы “Ниневии”, офицерское жилье и помещения сержантов исчезли в раскаленных добела тройных огненных шарах. Обломки взлетели в небо, образуя изящные параболы. Обломки всей командной структуры “Ниневии” все еще падали, а Красный Волк, высунувшись из окна кабины, уже выпустил ракету в ограду, отделявшую их грузовик от цели.
Боеголовка взорвалась прямо у земли. Эффектная вспышка мгновенно проделала пятиметровую брешь в ограждении. Красный Волк нырнул обратно в грузовик, спасаясь от града раскаленных обломков, застучавших по ее крыше. Кафари нажала на педаль, и грузовик рванулся вперед. Она на полной скорости прорвалась сквозь дымящиеся обломки и вылетела на открытую площадь за ними. Тюрьма стояла прямо перед ней. Другие команды спешили к месту встречи с разных сторон. Кафари и Красный Волк в прочно надетых масках и капюшонах выпрыгнули из грузовика, пока остальные бойцы спрыгивали на землю с заднего борта кузова.
Команда Кафари первой добралась до дверей центра содержания под стражей. Кафари видела в освещенных окнах силуэты ошеломленных тюремщиков, которые выглядывали из окна, слишком ошеломленные, чтобы понять, что они подверглись нападению. Красный Волк прилепил кумулятивный заряд к сложному электронному замку дверей. Он вставил предохранители и отполз назад. Одна из створок разлетелась на части, а Красный Волк сшиб с петель вторую.